Онлайн книга «Плохая»
|
— Да… — шепчу, пытаясь унять дрожь. — Кстати, ты так и не вспомнила, какой подарок, сделанный мужчиной, был самым дорогим, Алёна? Спрашивает, опуская мои трусики, заставляя их безвольно упасть к ногам. — Вспомнила, — получается все так же хрипло. Он поднимает одну бровь в немом вопросе, делая последнюю затяжку и откидывая сигарету в пепельницу. На его лице забава и ирония. Я поднимаю сначала одну ногу, потом вторую, чтобы окончательно снять с себя белье. Не жду его реакции. Сажусь на него, на ходу расстегивая его ширинку. Сама одним движением заполняя им, уже готовым и крепким, себя. Громко стону, потому что тело в этот момент как один большой нерв. — Это был ты, Даниэль… — говорю, задыхаясь, потому что играю ва-банк, — ты сделал мне самый дорогой подарок- ты подарил мне жизнь… Он глубоко вздыхает, с силой сжимая мою талию, тут же перехватывая инициативу, начиная яростно насаживать меня на себя. Глава 20 Мы лежали в одной постели, еще мокрые от испарины- результата нашей дикой страсти- агонии, в которой мы горели с ним последние пару часов. И в то же время, между нами была бездна. Холодная зона отчуждения. Физически нас разделяли какие-то пару сантиметров. А морально, ментально- между нами была целая Вселенная… Культура, статус, философия… Были ли на свете более далекие друг от друга люди, чем мы? В его руке снова тлеет сигарета. Он смотрит в потолок. Расслабленный, самоуверенный, контролирующий всё и вся. Хозяин положения. А я в полной растерянности. Адреналин и эндорфин- гремучая смесь гормонов от возбуждения и оргазмов отпустил, и вот, теперь, реальность снова бьет меня обухом по голове. Это очень страшно- быть полностью зависимой от прихоти безжалостного мужчины. Он убийца и подлец. Не иначе. Потому что не поддец бы не мог спокойно столько взирать на то, что делал Удав… И в то же время, в этом королевстве кривых зеркал все цвета приглушены, размыты, оценочные критерии деформированы. Кто не подлец в этом страшном мире денег и власти? Все эти мужчины с громкими именами и толстыми кошельками ужасны и беспринципны. И такие, как я, игрушки с большим или меньшим сроком годности, всего лишь прихоть, забава. Сломают и переступят… Нас вроде как и нет… — Спрашивай, Алена, — разрывает он свисающую тяжестью надо мной вместе со старинным бархатным балдахином тишину, — я же вижу, ты внутри вся в смятении. Задавай свои вопросы, пока я добрый и настроенный на разговор… Я приподнимаюсь и смотрю на него. Тяжело скрыть волнение, да и нужно ли его скрывать? За годы своей жизни под мужчинами, да- да, именно так, что уж лукавить и говорить велеречиво- иносказательно, — я уяснила простую истину- нет смысла строить из себя смелую независимую женщину, когда уже точно понимаешь, что проигрыш неизбежен. Даже самые жестокие самцы на поверку оказываются милосердными к слабым и беззащитным самкам. Даже отъявленный моральный урод в детстве примерял на себя роль супер- героя, спасающего обездоленных и униженных… Просто в жизни все, как в театре- мы все мечтаем солировать в роли принцесс и принцев, а довольствуемся второстепенными отрицательными ролями. — Ты убил Удава? — спрашиваю я тихо, а Тигр сначала внимательно смотрит на меня, а потом начинает заливисто хохотать. — Серьезно, Алёна?! Это то, что тебя сейчас интересует? У тебя нет других вопросов?! |