Онлайн книга «Одержимые. После»
|
— Терпи,– говорит она уже ласковее,– доктор говорит, скоро все пройдет и даже шрамов не останется. Хватает ее руки, целует жадно пальчик за пальчиком. — Ради тебя, любимая. Все ради тебя… Зато видишь, ты вернулась… Амаль вырывает руку из его захвата. — Я не вернулась домой, Фахд. Я прилетела сюда, потому что… — Почему?-смотрит ей в глаза. Амаль разрывает зрительный контакт первой. Боль и отчужденность снова дохнули на них холодком. — Поехали,– говорит он, подрываясь, преодолевая боль. — Куда поехали, лежи!– говорит порывисто в ответ. Но он уж не слушает, утягивает ее за собой в сторону выхода. Через пять минут они уже несутся на машине в сторону королевской яхт-марины, заставляя опять сходить с ума охрану. Когда сходят на берег, Фахд снова увлекает Амаль за собой- в сторону яхт-клуба. — Смотри,– говорит, показывая на огромную шикарную яхту, на которой аквамарином написано «Маликат кальби» (араб.– Королева моего сердца). — Что это?-не понимает Амаль. Да, красивая яхта, даже шикарная, но в чем суть? Он заводит ее на борт, вдет в капитанскую рубку. Девушка видит дисплей и охает. Он весь инкрустирован жемчугом… — Ровно сто двадцать два дня, Амаль,-прижимает ее к себе, целуя,– сто двадцать две жемчужины. Каждый день- жемчужина, за которой я нырял, наказывая себя за неосмотрительность и тот идиотский инцидент, заставивший тебя так разочароваться во мне… Между мной и той шмарой ничего не было. Это была провокация, Люльти. Они специально решили внести в мою семью смуту перед заключением важной газовой сделки с Афинами. Подлый, действенный, как оказалось, ход… — Фахд, я…– пытается она что-то ответить, но он не дает. Уводит за собой наверх яхты. Снова порывисто прижимает к себе и целует. — Эта яхта- мой подарок тебе на тридцатилетие. Я знаю, что бессмысленно рассказывать о всех ее технических характеристиках, тебя все равно это не впечатлит. Так что может быть, хотя бы жемчужная панель в формате «хэнд мейд» понравится… — Дурак,– улыбается ему, целуя в ответ. — А это,– вытаскивает из кармана еще две жемчужины,– я выловил в тот день, когда сбился с курса… Посмотри, они того стоили- почти идеальные, Люльти… И тоже твои… Все твое… Весь мир твой. Сама реши, что с ними делать, но знай, что в каждой из них мое сердце… Он вкладывает ей в руку идеальные перламутровые сферы, а Амаль улыбается. — Это будет двойня, Фахд. Два мальчика… Думаю, мы оставим эти жемчужины для них. Подарят девушкам, которых выберут. Уверена, как и все Макдиси, выбор будет очевиден и безальтернативен… Он слышит ее слова и дергается от очередного укола эйфории. Двое… Мальчики. В ее утробе. Плоть от его плоти… Опускается перед ней на колени и целует живот. Амаль накрывает руками его черные густые волосы и закрывает глаза, отдаваясь моменту, который, наверняка, останется в памяти навсегда. А на следующее утро все мировые таблоиды вышли с передовицами с фотографиями правителя Дубая Фахда Макдиси, стоящего на коленях перед своей женой и с лаконичной подписью «Счастливый и вечно влюбленный правитель». Правда, времени смаковать момент и даже изучать очередные тонны комментариев пользователей на этот раз у Амаль не было. В Дамаске разгорелся очередной семейный скандал, и если она думала, что пожар вспыхнет от Мадлен, то ошибалась. На этот раз «поджигателем» выступил Карим… |