Книга Ничья…, страница 85 – Иман Кальби

Роды Влады пришлись на то время, когда Карим снова отсутствовал. В больницу с ней поехала именно Ранья. В момент схваток, когда девушка невольно все время вспоминала Васеля, ей показалось это каким – то трагикомичным – одна бывшая любовница Увейдата сопровождает в родблок его другую, беременную от него, любовницу… Наверное, Мирна тоже была уже беременна от него, –  пронеслось у нее вдруг в голове… И хотя в связи с отсутствием дипломатических контактов между Сирией и Эмиратами и крайне враждебным отношением к семье Али здесь, в каком – то региональном журнале на приеме у гинеколога она таки увидела фотографию с их свадьбы… Да, свадьба, конечно же, состоялась… Как только Увейдат вышел на свободу под соусом «компромиссного избранника» оппозиции и режима на пост премьер-министра. Он все же получил то, что хотел. Власть. А Мирна получила Его… Было все так же больно, это чувство разъедающей пустоты никуда не делось… Ребенок словно почувствовал это и толкнулся в животе у девушки. Влада восприняла это как знак. Не стала читать статью, не стала всматриваться в их счастливый семейный портрет… Надо было строить свою жизнь, воспользоваться шансом, который ей послала судьба. Наконец, у нее появилась настоящая семья… Семья с человеком, который ее любил… Единственный во всем мире любил искренне, без предысторий… Тогда она дала себе слово, что сделает все для себя возможное, чтобы исполнить то, что пообещала ему еще там, в пансионе, у огромного окна с падающими снаружи хлопьями белого снега…

Карим приехал навестить жену и ребенка через неделю. И на удивление смотрел теперь на малыша с полными любви глазами. Он действительно открыл этому беззащитному, похожему на желторотого птенца малышу, свое сердце, действительно делал все, чтобы стать отцом. Говорят, что если любишь женщину, принимаешь ее со всем ее «багажом». Видимо, это было именно так. А может просто его душа оказалась столь широкой, что в ней хватало любви даже на ни в чем не повинного сына своего врага…

— Микаэл, давай назовем его Микаэл. В переводе с древнесемитских языков – дар Бога,– сказал он, внимательно всматриваясь в черты мирно посапывающего на его больших руках грудничка. Влада не возражала. Он действительно был подарен ей небесами, ей, кому с детства приписывали бездетность.

Карим провел с ними еще пару дней и снова улетел по делам, а Влада с головой ушла в материнство, столь новое для нее, столь мастерски задвигающее все ненужные, деструктивные мысли, то и дело накатывающие на нее все эти месяцы, на задний план… По исламу женщина была неприкосновенной для мужчины еще сорок дней после родов. И Влада решила-таки воспользоваться одним из многочисленных советов Джихан и приложила все силы, чтобы максимально восстановиться за это время и по истечению срока вступить с Каримом в полноценную семейную жизнь…

Он уже в течение недели был в Дубае, уезжал ни свет, ни заря, приезжал за полночь. Спал в отдельной комнате, любезно уступив Владе и малышу их семейное ложе, где с самого приезда им еще так и не довелось ночевать вместе. Влада решила, что пора действовать. Заблаговременно переселила ребенка в отведенную детскую. Предусмотрительно наладила быт с няней. Ее сердце разрывалось, когда она понимала, что теперь с ней должен спать не ее малыш, а ее мужчина, но все равно шла на этот шаг, потому что глобально в масштабах жизни ребенка важнее было создать гармоничную семью…. А для этого она должна была сделать то, что обещала Кариму – стать идеальной женой…