Онлайн книга «Шейх и Майя. После измены»
|
— Пусти, Ахмад! — снова начинаю яростно отбиваться, отмерев, — не будь столь самоуверенным! Я еще не твоя! Ребенок Далиды еще не родился! Он усмехается. Не зло. Не мрачно. Просто слишком уж самоуверенно. От его усмешки мороз по коже. — Наивная девочка Майя… Такая красивая и такая наивная, хоть и умная… Твой ум чист, девочка моя. Это так и манит к тебе… Мы все думаем, что ты мотылек и хотим сжечь тебя в нашем огне, а в итоге сами оказываемся мотыльками, льнущими к твоему свету… Ты даже отца моего поразила в самое сердце, — снова усмехается, — он пожалел тебя, Майя. Пожалел и потому придумал этот вариант… Чтобы не убивать… Он делает паузу, а потом продолжает. Судьбоносно. Сокрушительно… — Ты должна была умереть, моя девочка… Потому что стала угрозой для власти нашей семьи… Потому что отец прекрасно понимает, что твой брак с Тамером сделает его слабым, как никогда… Неважно, чьим ребенком будет отпрыск Далиды, да и вообще, есть ли этот ребенок на самом деле, — Ахмад снова усмехается, намекая на деталь, которая прокручивает меня по очередному кругу ужаса, — всё это было придумано, чтобы оторвать Тамера от тебя… Отвратить тебя от него… Заставить его задуматься… Чтобы между вами пробежала кошка, но ты… Ты переиграла моего отца, красавица. Твой ход с принятием ислама резко изменил его планы… Ахмад, наконец, отпускает меня из своих рук. Я отшатываюсь и пытаюсь отдышаться, словно бы все это время в мои легкие не поступало кислорода. — Он подарил тебе жизнь, Майя. Жизнь, но со мной… Его слова все еще оседают страшной правдой на мое сознание. Мне хотелось бы в них не верить, но разве я теперь могу? Все, абсолютно всё в этом странном мире порока и лжи подобно миражу… И правда, во что можно верить? — Далиду обнаружил Даниил… — нахожу нелепые растерянные аргументы против этой страшной теории… — Потому что так захотел Шейх… — В смысле? Даниил с ним на одно? — Нет, — крутит головой Ахмад, — Даниилу подсунули мираж, как и тебе… — А кома Шейха? — Блеф… — снова усмехается Ахмад, — правда страшнее и сложнее, чем ты можешь себе представить, красавица… — Аль-Маррифи знает законы пустыни, Майя… Он просто затаился неподвижно в песках, как варан. Наблюдал. Сабр. Терпение- вот его истинный лозунг… Я резко разворачиваюсь и смотрю на пустыню. Борюсь с паникой, с подступающими слезами безнадежности. Неужели с самого начала было невозможно что-то сделать? Неужели нам не суждено быть вместе? Неужели мы подобны тем жалким насекомым, что ползают внизу… — Что еще скажешь, чтобы окончательно меня добить? — голос дрожит. Он подходит и нежно обнимает со спины… — Судьба подобна волнам на барханах, Майя. Мы не знаем их очертания. Мы не знаем, каким путем придем к счастью… Почему ты не допускаешь мысли, что я твое счастье? Я лишь усмехаюсь, качая головой. Он, должно быть, совсем сошел с ума в зиндане. Ахмад резко разворачивает на себя. — Хочешь еще правды? — снова ведет пальцем по моему лицу, по скуле, брови, потом по губам, — не боишься, что эта правда тебя сожжет? Мы все в ней пылаем, давно… Кто-то не выдерживает и отступает, Майя… Как, например, Мо… Он захотел выйти из игры. Сам… — Ты убил Мо… — укоряю я его, — какое изощренное иносказание… Убить брата и заявить, что он «вышел из игры» |