Книга Магия найденных вещей, страница 2 – Мэдди Доусон

Но сильнее всех разозлилась папина девушка, Мэгги Маркли. Весь город считал, что у них с Робертом любовь до гроба. Она не поехала с ним в Вудсток, потому что устроилась на работу и не хотела отпрашиваться на несколько дней, и это решение стало главной ошибкой всей ее жизни.

Вот так и случилось, что мои родители, практически чужие друг другу люди, поженились и поселились в Вудстоке, в маленьком домике размером не больше садового сарайчика. А уже в мае следующего года родились мы с братом, вышли в мир, потрясая крошечными кулачками и выкрикивая свою мелодию. Бабушка говорила, что у нас были мамины глаза и крепкие папины кулаки, – видимо, нам обоим до чертиков надоела теснота в худеньком мамином теле, и мы хотели скорее выбраться на свободу, в большой мир, где можно развернуться.

Были ли нам рады в этом большом мире? Не знаю. Об этом бабушка не говорила.

Меня назвали Фронси в честь героини из книжки, которую мама очень любила в детстве. «Пять маленьких Перчиков и как они выросли». В той истории Фронси была самой младшей в семействе Перчиков – милой, светловолосой, кудрявой малышкой, которую все обожали. Моего брата назвали Хендриксом, в честь кого – и так ясно^[1].

Мы с Хендриксом родились из рок-музыки и размокшей от дождя земли; из серебряных браслетов Тенадж и нью-гемпширской грязи под ногтями у Роберта, из табачного дыма и бескрайних кукурузных полей. Мы – дети ведьмы и фермера, у которых не было ничего общего. Похоже на сказку, да?

Но всем известно, что сказки быстро кончаются. Папа вернулся к коровам, курам и деревенской грязи, а мама полностью погрузилось в творчество и магию, превращая найденные предметы в произведения искусства. Папа ожесточился, возможно, сильно разозлившись из-за этой авантюры, которую считал своей первой и последней оплошностью. Зная его, я уверена, что ему было стыдно за свою опрометчивость, когда он свернул с намеченного жизненного пути и запал на Тенадж. Поэтому он так не любит говорить с нами о ней и тех временах.

Знаю только, что наше с Хендриксом рождение стало нежданным сюрпризом и сразу все осложнило. Так мы и живем: с магией, мерцающей в нашей крови, и деревенской практичностью, проросшей у нас в костях.

С тех пор глубоко внутри нашего естества идет постоянная война. И я не уверена, что кто-то из нас способен понять, что такое настоящая любовь.

2006 год

Сейчас полночь пятницы, и я лежу в кровати в обнимку с Мистером Свонки, моим сладко храпящим мопсом, и пытаюсь решить, что мне делать: разрыдаться в голос или принять ванну с ароматической пеной. Тут звонит мой мобильный.

Конечно же, это Джад. Пришло время для пятничного разбора свиданий.

Он даже не здоровается и сразу переходит к делу:

— Ладно, Фронси. Подводим итоги. Как у тебя?

— Как-то не очень, – говорю я. – Погоди, я открою табличку.

Я сегодня ходила на свое сорок третье свидание с парнем из интернета, мистер Кибербезопасность, разведен, без детей. Джад встречался с рыжеволосой медсестрой, живущей с мамой.

— Давай ты первый, – предлагаю я, открывая на ноутбуке реестр. Когда все закончится, я собираюсь написать большую статью об этом цирке, известном как онлайн-знакомства. Статья будет честной, язвительной и смешной. Я назову ее «Как смириться с неизбежным и покончить с поисками любви» либо «Руководство по успешному поиску любви в Нью-Йорке».