Книга Руководство для одиноких сердец, страница 170 – Мэдди Доусон

— Нет-нет, — поспешно ответила я. — Честное слово, Тайлер, лучшее время своей жизни, самые счастливые дни я провела с вашей семьей. Но, видимо, это все было не мое. Чужой дом, с моим мнением никто не считался, и я всегда ощущала себя просто заменой вашей матери, всего лишь дублером. Но ты не виноват. Правда.

— Ладно. Очень мило с твоей стороны, что ты привезла нас сюда. Мы сейчас немного не в себе. Расставание и все такое. Уныло. — Помолчав, он полюбопытствовал: — А как ты думаешь, что сейчас делает тот парень, с которым ты порвала? Будет ли он писать тебе любовные письма и плакаться друзьям в жилетку?

— Думаю, он переживет. Если честно, вряд ли он очень уж ко мне привязан.

Но на самом деле я с удивлением обнаружила, что не имею об этом представления. Мелани, возможно, вздохнет и посетует: «Эх, Нина, Нина…» — как всегда, когда я с кем-то расстаюсь. Джон Пол, скорее всего, этого не поймет и будет немного холоден со мной, поскольку Мэтью — его друг. По правде, этого никто не поймет, потому что я и сама не очень понимаю.

И все из-за меня. Я во всем виновата.

Не произнесла ли я это вслух? Нет, кажется, нет, потому что Тайлер ничего не сказал. Он шел дальше, хмурясь и поднимая пыль ковбойскими сапогами. «Эти сапоги прекрасно впишутся в ландшафт Нашвилла», — подумала я. Хотелось бы мне внушить парню, что его жизнь только начинается и все сложится чудесным образом.

Но если это прозвучит из моих уст, он не поверит.

* * *

В первую ночь мы остановились в маленьком дешевом мотеле, все четверо в одной комнате — мы с Индиго — на одной двуспальной кровати, Картер с Тайлером — на другой, а Бейонсе в ванной бегала в своем колесе. Номер был неприглядный, с коричневым ковролином на полу, обитыми коричневыми панелями стенами, неоткрывающимся окном и толком не закрывающейся дверью в ванную. Свет уличных фонарей проникал внутрь, так что, даже когда выключили лампу, в комнате легко можно было читать.

Я ворочалась в постели, слушая храп Картера, и, сама того не желая, думала о Мэтью. В два часа ночи звякнула эсэмэска, и я на цыпочках прокралась к своей сумке за телефоном. Конечно, писал Мэтью, словно услышал мои мысли.

«Ты на что-то обиделась? — спрашивал он. — Скажи, в чем я виноват, и я это исправлю».

Я долго пялилась в экран, затем пошла с телефоном в ванную, постояла немного перед клеткой с Бейонсе, потом напечатала ответ: «Нет. Ты был на высоте. Я тебя недостойна. Не знаю, что со мной не так. Ты прекрасный человек, а я ходячее недоразумение, и тебе лучше со мной не связываться. Но я точно знаю, что все кончено. Извини, если ранила твои чувства». (Последнее я добавила, вспомнив, что сказал мне Тайлер на обочине дороги.)

Нажала кнопку «Отправить» и пошла спать под спокойный храп мужчин и грустное мягкое сопение Индиго, чью жизнь разрушила необходимость переезда на ферму.

* * *

— Если мы поедем быстро и не станем останавливаться на обед, то доберемся до Нашвилла уже сегодня, — сказал утром Картер. — Но я, откровенно говоря, не хочу спешить. Нога болит… и вообще.

Я предложила для начала посетить прекрасную блинную поблизости, где пекут замечательные оладьи, тонкие, масленые, с хрустящими краями — пальчики оближешь. Я готова была заказать целую стопку поджаристых краешков!