Книга Постучись в мою дверь, страница 2 – Ярослава А.

— К-какую комиссию?

— Педагогическую, разумеется. Ваш брат на волоске от исключения из нашей школы. Вы это понимаете?

Уж, это я точно понимала.

А еще четко осознавала, что на надо тащится на поклон к директору с пухлым конвертом, иначе этот чертов педсовет от нас с Русом точно не отстанет. Еще не хватало проблем с опекой. Мы только-только начали жить спокойно.

Говорить с Татьяной Ивановной больше совершенно не хотелось. Пообещав, завтра обязательно прийти в школу, я отключилась, с облегчением выдохнула и, прихватив зонт, вышла в небольшой вестибюль. Кивнула пожилому охраннику и, раскрыв свой яркий красный зонт, вышла на улицу.

Там в лицо сразу ударил порыв ледяного ветра, заставив внутренне съежится, от перспективы пешей прогулки до дома. Конечно, можно, было и раскошелиться на такси, но я, упрямо натянув шарф по самый нос, сделала шаг вперед, выходя из под козырька крыши под проливной дождь.

Не сахарная — не растаю, а деньги совсем не лишние, чтобы тратить их на такси.

Мне еще за разбитое Русланом окно платить…

Тут до дома всего-то пару кварталов пешком, а промокшие ботинки высохнут на батарее до завтра.

Минут через пятнадцать быстрого шага, я, бодро шлепая ногами по лужам, сворачиваю в безлюдную арку, чтобы сократить дорогу. Страшновато ходить одной по подворотням. Район, в котором мы живем, имеет дурную славу. Алкаши и наркоманы кругом, но обычно они своих районных не трогают, ибо красть у нас особо нечего.

Иду, не оглядываясь, и нервно сжав ручку зонта, понимаю, что кто-то идет за мной следом. Сглотнув, шустрее передвигаю ноги и с ужасом понимаю, что шаги за спиной ускоряются вместе со мной.

Мамочки! Кто-то, кажется, целенаправленно идет за мной.

В какой-то момент я не выдерживаю и, чуть затормозив, оборачиваюсь.

Оказывается преследователь у меня не один.

Их двое.

Две темные сгорбившиеся фигуры с надвинутыми на лицо капюшонами, в момент окружают меня с разных сторон.

В страхе пячусь спиной под сень арки, понимая, что кричать бесполезно.

Никто не выйдет мне на помощь.

— Что вам надо? — хрипящим от паники голосом спрашиваю я, — Денег у меня нет.

Это не совсем правда. В кошельке лежит тысяча, которую я, тупая курица, зажала на такси.

Чтобы я еще хоть раз пошла на поводу у своей жадности!

Преследователи молчат и окружают меня точно коршуны с разных сторон.

Один подходит совсем близко и больно хватает меня за предплечье.

Красный зонт летит в сторону, а я в ужасе кричу, потому что внезапно осознаю — эти двое хотят вовсе не денег.

— Помогите!!! А-а-а! — сиреной ору, хотя и понимаю, что это бесполезно.

Посильнее сжав в руке свое единственное оружие — сумку начинаю, что есть дури лупить мужика по голове, но за моей спиной возникает второй и, вырвав сумку из рук отбрасывает ее в сторону.

— А-а-а-а!!! — перехожу на ультразвук, пока чья-то огромная лапа не затыкает мне рот.

Понимая, что против двоих у меня никаких шансов, я все же продолжаю остервенело драться, словно дикая кошка, ровно до того момента, пока рядом не раздается хриплый мужской голос:

— А, ну, быстро отпустили девку, слизни!

* * *

Оба на мгновение замирают, но довольно быстро приходят в себя и делают рокировку. Один ловко перехватывает меня под локти и прижимает к себе, чтобы не брыкалась, а второй поворачивается к человеку, что стоит в тени и только яркая точка тлеющей сигареты говорит о том, что нам всем не померещилось.