Книга Сказки и не только, страница 36 – Мира Айрон

— Сначала Дима жил в отеле, — снова подхватила эстафетную палочку Аня, — но потом мы поняли, что не можем друг без друга, и я предложила Диме пожить у меня.

— Что ж, — резюмировал Виктор Семёнович, — дело молодое. А сколько вам лет, Дмитрий? Чем занимаетесь?

— Мне двадцать четыре года, мы с Аннушкой ровесники. Служу… то есть, работаю переводчиком в…

Дмитрий назвал известную аптечную сеть и бросил растерянный взгляд на Аню: опять забыл нужное слово.

— На удалёнке, — продолжила девушка, поняв затруднения Дмитрия. — Так что Дима не связан какими-то сроками и может погостить у меня.

К счастью, родители Ани, хоть и были людьми простыми, знали, что такое такт, и соблюдали его, потому не стали спрашивать, поедет ли позже и Аня в гости в Санкт-Петербург.

Вечер прошёл спокойно; даже лучше, чем ожидала Аня. Родители нормально восприняли появление Дмитрия, а Дима, который уже успел освоиться в современном мире, ничем не выдал тайны и не вызвал подозрений.

Правда, через неделю заговорщиков ждало ещё одно испытание: после возвращения брата Ани с семьёй планировалось барбекю на даче.

Но пока Аня не хотела думать об этом. Главное, что первое, самое сложное знакомство они с Димой пережили. Не задумывалась девушка и о том, что будет сочинять после исчезновения «молодого человека».

…Почти ночью, когда Аня сама пыталась уснуть и слушала, как ворочается на раскладушке за ширмой её жилец, он вдруг заговорил:

— Аннушка, ты ещё не спишь?

— Нет. Что случилось?

— Если я теперь имею возможность узнать, что произошло в стране и в мире за прошедшие сто двадцать шесть лет, получается, я могу узнать и о том, как сложилась жизнь… Лизы? Елизаветы Михайловны Антоновой… Я говорил тебе о ней.

— Я помню, — проглотив комок в горле, ответила Аня.

Ей очень хотелось сказать, что такой возможности нет. Внутри всё противно сжалось, похолодело, и девушка поняла: она ревнует. Сильно.

— Что скажешь, Аннушка?

— Думаю, это возможно, — закрыв глаза, ответила Аня. — Обратимся в краеведческий музей и в архив. Наверняка где-то есть информация о дворянских семьях Тверской губернии.

Когда у Ани выдался следующий выходной, молодые люди отправились в краеведческий музей. Пришлось снова соврать: Дмитрий представился работникам музея аспирантом из столицы, изучающим судьбу дворянских семей Тверской губернии на рубеже девятнадцатого — двадцатого веков и в постреволюционной России.

После долгих хождений от одного специалиста к другому, а потом и по разным музеям, Аня и Дима оказались в архиве города Торжок.

Специалист, занимающийся именно той темой, которая интересовала ребят, работал там. Вячеславу Макаровичу Головкову было уже за семьдесят, но его активности, эрудированности и трудоспособности могли позавидовать многие представители более молодых поколений.

Именно благодаря встрече с ним, Дмитрию удалось узнать многое о судьбах некоторых знакомых и друзей. К сожалению, далеко не все известия оказались приятными.

Тяжёлая и страшная участь ожидала, например, семью, которая поселилась в Завидово после продажи имения за долги и отъезда Дмитрия Алымова. Само поместье было разрушено в двадцатые годы прошлого века.

А вот судьба Елизаветы Михайловны Данско́й (в девичестве Антоновой) была к ней милостива. Муж Елизаветы служил послом и незадолго до глобальных перемен в стране получил новое назначение. Семья Данских так и осталась за границей, во Франции.