Книга Исповедь начинающей разлучницы, страница 20 – Мира Айрон

Всю ночь я не спала, плакала. Правда, надеялась, что Алик не выдержит, вернётся на следующий же день. Алик не вернулся. Тщетно прождав три дня, я собрала свои вещи и переехала к родителям. Ключи от квартиры Алика упаковала в плотный конверт и отправила хозяину с курьером.

Тогда-то, полгода назад, я и хотела снять квартиру, но родители уговорили меня остаться у них. Вскоре я сдала на права и купила машину. С Аликом мы так ни разу и не виделись за прошедшие полгода.

Я до сих пор очень обижена на него и считаю, что он поступил неправильно, нечестно. Но я не тот человек, которого можно подобным образом продавить: жизнь меня неплохо закалила ещё в юности.

Алик тоже не тот человек, которого можно продавить. Он может быть очень мягким и терпеливым, но когда его терпению приходит конец, повлиять на него невозможно.

Вот так мы и живём друг без друга уже полгода. Но и это ещё не всё.

Два дня назад жизнь преподнесла мне неожиданный и очень неоднозначный сюрприз…

К сожалению, сюрприз за эти полгода был не один. Возможно, именно потому этот, последний сюрприз стал неоднозначным. Хотя, по идее, должен был стать однозначным. Либо вообще стать не сюрпризом, а так, рядовым событием.

Сейчас постараюсь объяснить свою сумбурную и запутанную фразу.

Мы с Аликом расстались летом, а в начале осени, через два месяца после ссоры, я не выдержала первая. Поостыв и до чёртиков истосковавшись по Алику, я решила отправиться к нему и просить прощения за свою резкость и за своё эгоистичное поведение.

Конечно, эгоистичное. Ведь я, по сути, отвергла его, а потом сама же говорила, что решение должно приниматься совместно.

Теперь следовало признаться самой себе: я не была готова к такому серьезному шагу, как официальное замужество. Да, я очень серьёзно отношусь к браку, потому что в нашей семье все семьи крепкие. Никто из близких и дальних родственников до сих пор не разводился. Вот и мама с папой, как я говорила ранее, семь лет жили в фактическом браке прежде, чем поженились официально.

Я должна была хотя бы попытаться объяснить это всё Алику тогда, летом. Но меня взбесили его категоричность и непоколебимая уверенность в собственной правоте. А ещё меня удивило то, что Алик, который всегда умел ждать и безошибочно выбирать подходящий момент, в этот раз пошёл напролом.

Поразмыслив уже более-менее здраво и холодно, я сказала себе, что даже у самых надёжных автоматических систем бывают сбои, а мы люди. Имеет право человек устать от своих мудрости и спокойствия, побыть безрассудным, требовательным и эмоциональным? Вот и Алик устал. А может, был не до конца уверен во мне, и ему потребовалось незамедлительное подтверждение моих чувств.

Именно с такими мыслями я, сидя в маленькой кофейне, расположенной на торце дома, соседнего с тем, в котором была мастерская, поджидала Алика с работы. По моим подсчётам, он должен был появиться с минуты на минуту.

Оставаясь незамеченной, я разглядывала высокую худощавую блондинку, остановившуюся у крыльца мастерской. У девушки были правильные, но довольно крупные черты лица и высокие скулы. Длинные осветлённые волосы спускались по модному серо-зелёному плащу до самой… поясницы. Высокие сапоги на тонкой шпильке добавляли к и без того приличному росту сантиметров десять.