Книга Творцы собственного счастья, страница 15 – Мира Айрон

— То есть, углы сгладятся настолько, что практически исчезнут, станут незаметными? — улыбнулся Артём.

— Вот именно, — кивнула Маша.

— Желаю Саше, чтобы это произошло как можно скорее, а сам он чтобы научился не лезть в чужие отношения.

— Так он, вроде, и не лез, — пожала плечами Маша.

— У нас с тобой слишком разный взгляд на эту ситуацию, но я не хочу спорить. Значит, всё это время ты была свободна, а я не знал об этом.

— А что изменилось бы, если бы знал?

— Не потерял бы столько времени.

— Не думаю, — покачала головой Маша.

— Может, ты и права, — вздохнул Артём. — Продолжи я тогда проявлять настойчивость, ты бы в спешке влипла ещё в какие-нибудь отношения, лишь бы отшить меня, и на месте Саши мог оказаться кто-то более хитрый, наглый и разворотливый. А с другой стороны, как только всё более-менее улеглось, дружок мой закадычный оказал мне медвежью услугу. Чёртов сводник.

— Никто не может ни с кем свести меня против моей воли, Артём. А мне сейчас отношения точно не нужны, я к ним ещё не готова.

— Совсем не готова? — Артём опустил глаза и проглотил комок в горле.

У меня такое чувство, что совсем, — искренне ответила Маша.

— Я подожду столько, сколько нужно, Маша.

— Зачем тебе это, Артём? Мы слишком усложнили наши с тобой отношения, и эта конструкция рухнула в конце концов. Мы оба приложили руку к тому, что случилось, приняли активное участие. Я ушла от тебя, потому что не видела смысла в продолжении наших отношений, не видела перспективы.

— Разве ты ушла не из-за… — губы Артёма дрогнули, но закончить фразу он так и не смог.

— Сорокина стала импульсом, — кивнула Маша. — И источником боли. Но точно не причиной. Кишка у неё тонка, чтобы стать причиной.

— Маша, — Артём взял в свои ладони холодную ладошку Маши. — Ты молодец, всё разложила по полочкам. Чувствуется, что анализировала ситуацию, и я этому рад несмотря ни на что. Я тоже думал об этом постоянно и напряжённо, но мне ничего, кроме банальностей, в голову так и не пришло.

— А что пришло? — Маша не стала убирать свою согревающуюся ладонь из рук Артёма, а он, осмелев, взял вторую руку Маши и теперь согревал обе.

— Уверен, ты ушла, потому что не простила мне моего равнодушия. И до сих пор не простила. Что до Ольги Анатольевны, то для неё даже роли импульса многовато.

— Однако ты же сбежал почему-то из головного офиса? Если Сорокина ничего не значила, то почему и от кого сбежал?

— Ты права, я сразу тогда подал заявление об увольнении, в понедельник. Генеральный не подписал; отправил меня в отпуск, а в середине января, ровно год назад, открылся филиал, который я возглавил. Сбежал я, это ты верно заметила, но не от Ольги Анатольевны, а от себя. Если бы я видел её постоянно, то вообще не смог бы думать ни о чём кроме того, что натворил. Но равнодушия… его никогда не было, Маша.

— А что было, Артём? Может, разочарование? Или скука? Ты хотел видеть меня какой-то другой?

— В том-то и дело, что нет, меня всегда всё устраивало, и я был очень счастлив. Мне казалось, что и ты всем довольна. Время от времени я задумывался о том, что пора предпринять какие-то шаги в плане формальностей, но я всегда был уверен: формальности — это формальности, они не могут сделать лучше то, что и так прекрасно. А ещё думал о том, что узаконить всё можно в любой момент. Конечно, это был эгоизм. Мне и в голову не приходило, что ты думаешь совсем по-другому, тем более, ты никогда не говорила об этом. Потому, возможно, ты и усложняла всё, как говоришь, а я точно упрощал. Что ты значишь для меня, я осознал лишь тогда, когда ты ушла. Ну как, не измучил ещё тебя банальностями?