Книга Глупенькая, страница 7 – Мира Айрон

— Коробко́ва? — тихо спросила она.

— Сорокина? — усмехнулась Маша в ответ.

Артём, Павел, Ариша и Сёма молчали, почти синхронно переводя взгляды с лица Маши на лицо Ольги Анатольевны, а потом обратно.

— Надо же, свиделись, — Ольга Анатольевна, забыв об очень-очень срочной подготовке к ответственному мероприятию, вошла в кабинет и остановилась напротив Маши.

— Бывает, — пожала плечами Маша. — Не переживай, это ненадолго. Сейчас ребята соберутся, и мы уедем.

— Ты няней работаешь? — невинно поинтересовалась Ольга Анатольевна.

— Нет. У меня своя студия красоты, там и работаю.

— Уууу, — подняв брови, рассмеялась Ольга Анатольевна. — Неплохое применение для красного диплома социально-философского факультета! Жаль, твоя вечная защитница, декан наш, Клавдия Степановна, не в курсе твоих жизненных успехов. Надо её просветить. Заодно сделаю рекламу твоему салону.

— Спасибо за то, что так болеешь душой за моё дело. Но, право слово, напрасно переживаешь. Ты не поверишь, Сорокина, но Клавдия Степановна в курсе. Она — одна из первых моих клиентов, и одна из самых постоянных. И подруги её ко мне приходят. За красотой, да и просто поговорить.

— И что сказала Клавдия Степановна, когда узнала, что её любимая студентка, самая лучшая студентка, занимается… Чем там ты занимаешься?

— Бровки, реснички, стрелочки, губки…

— … вот этим вот всем занимается её разлюбезная Коробкова?

— Клавдия Степановна, когда узнала, процитировала Пушкина, — улыбнулась Маша. — «Быть можно дельным человеком и думать о красе ногтей».

— Мда, ну кто бы сомневался! Она всегда была на твоей стороне.

— Не то, что её заместитель, Станислав Львович, правда, Сорокина? Тот самый, который по твоему заказу тщетно пытался завалить меня на одном из госэкзаменов. Тот самый, что «потерял» мою курсовую, которую я отправила ему на проверку. Помнишь? А я подстраховалась. Якобы по ошибке отправила курсовую Клавдии Степановне и ещё двоим преподавателям. Интересно, чем ты с ним расплатилась? Хотя это и так понятно. Чем богаты, тем и рады. Как он поживает?

— Понятия не имею, — развела руками Ольга Анатольевна.

— Ну правильно, Сорокина, это отработанный материал. Кому он сейчас интересен? А ты, Оля? Решила поработать? На перспективу?

— Как видишь. Возглавляю пресс-службу в крупной процветающей компании. Я ведь после окончания бакалавриата поступила в магистратуру, на журналистику, а не использовала свой диплом вместо подставки под сковородку с жареной картошкой.

— Рада за тебя, Сорокина. Ты права, надо делать карьеру, пока не поздно. Надеюсь, методы у тебя изменились? Не пытаешься больше идти по головам?

— А это не твоя заботушка, Коробкова!

— Вы учились вместе в школе, да, Маша?

Первая заговорила, конечно же, Ариша.

— Не в школе, Ариша. В университете, — улыбнулась девочке Маша. — Вы готовы? Собрались? Сейчас мы спросим у Ольги Анатольевны, разрешит ли она вашему папе выйти на пять минут, чтобы ваши кресла переставить в мою машину, или мы с вами будем нарушать.

Павел, бросив насмешливый взгляд на Ольгу Анатольевну, накинул куртку и вышел из кабинета.

— Жду вас на улице, — сказал он Маше.

— Вы с Павлом Юрьевичем… родственники? Или друзья? — спросила Ольга Анатольевна у Маши.

— Неееет! — воскликнула Ариша, и Ольга Анатольевна вздрогнула. — Маша — невеста дяди Арррртёма, вы рррразве не знаете?