Книга Ты слишком похож на него, страница 35 – Ася Мармеладова

Мира

— Это Ваня? — вскакиваю я с постели, когда понимаю, с кем говорит Котов. — Это Ваня???

— Мира! Мира, где ты? — слышу я его отчаянный крик в трубке. Паша скидывает звонок и резко ударяет меня по щеке. Третья пощечина за полчаса — это рекорд. От удара я падаю на пол. Он очень сильный, кажется, у меня сотрясение. Голова кружится.

— Идиотка, — кричит он. — Что ты творишь?

— Паш, лучше сразу убей меня. Ты же понимаешь, что у нас ничего не выйдет.

Хватая меня за горло, он поднимает меня с пола. Я кашляю от нехватки воздуха.

— Какая же ты глупая. У тебя было все. И была возможность все это вернуть, но ты выбрала неверный путь.

— Что у меня было? — задыхаясь, шепчу я. — Муж, который меня бил и изменял мне, а потом задаривал брюликами? Подруга, которая меня предала? Что? Что я должна хотеть вернуть?

— Ты думаешь, что Макаров не такой? Он еще жестче, чем я. Я видел, как он трахал и бросал баб. Как играл их чувствами. Ты просто очередная дурочка, которая попалась на его крючок.

— Я лучше сдохну, чем снова буду с тобой, — я плюю ему в лицо, попадая прямо в глаз, после чего он отпускает мое горло и снова ударяет меня.

— На колени, — приказывает он, но я просто лежу на полу, свернувшись калачиком. — Я сказал, на колени! — Я зажмуриваю глаза, понимая, что сейчас мне снова будет больно. Только тело уже не реагирует на физическую боль. Я морально разбита.

Паша хватает меня за руки и поднимает, ставя меня на колени перед ним. Он расстегивает ширинку и я, зажмуриваясь, готовлюсь к своей участи. Его член врывается в мой рот, я упираюсь руками в его ноги. Мне хочется умереть, только не переживать все это снова. Но это ведь не в первый и не в последний раз.

— Работай ротиком, малышка, — стонет он от удовольствия.

Он трахает меня в рот, прижав мою голову к себе руками, держит за волосы. У меня не хватает сил вырваться. И, когда он, наконец, кончает, отпускает меня.

— Сходи в душ, — говорит он, вытирая член о мои волосы.

Я скатываюсь на пол и закрываю глаза. Он выходит из комнаты, а я продолжаю лежать на полу, свернувшись калачиком.

Я просыпаюсь утром на полу его комнаты. Его нет рядом. Меня так тряхануло от всех вечерних событий, что мой организм просто выключился, чтобы я перестала чувствовать боль. Я встаю, иду в душ. Стою под холодными струями воды, сердце глухо стучит внутри. Вена на шее пульсирует, сообщая, что я все еще жива. Но хочу ли я быть живой? Я осматриваю ванную комнату, в поисках острого предмета. Вижу ножницы, снова смотрю по сторонам. Выхожу из душевой кабинки. Осматриваю полочки и ящики. Ничего лучше ножниц здесь нет. Смотрю в зеркало. На щеке ссадина, губа разбита. Внутри все бьется в истерике, но я не боюсь смерти. Я беру в руки ножницы и резко провожу по запястью. На моей коже лишь царапина, ножницы слишком тупые, чтобы порезать вены. Кладу их на место. Вытираюсь полотенцем, смотря в пустоту, сквозь стены. Мне нужен нож или лезвие. Что-то более острое.

Надев халат, я спускаюсь вниз в гостиную. В доме тишина. Вижу, что за окном во дворе охранники что-то обсуждают. Анна поливает цветы возле них. Иду на кухню, нахожу маленький острый нож, кладу его в карман и тихо иду назад. Поднимаясь по лестнице, слышу открывающуюся дверь, оборачиваюсь и вижу Котова.