Книга Жестокие чувства, страница 26 – Агата Лав

Но он делает только одно: укладывает меня на кровать и отпускает мое тело. Я чувствую, как он медленно отстраняется. Я открываю глаза и вижу, как он сжимает в ладонях плед. Он замечает, что я не сплю, и останавливается. Смотрит на меня сверху, а тень от его высокой фигуры падает на подушку.

— Испугалась? – спрашивает он спокойно, не отводя взгляда.

Я киваю.

— Я… почувствовала запах алкоголя, – признаюсь.

Он опускает глаза на свою рубашку, чуть скривив губы.

— А, это. – Пауза. – Я не настолько пьян, чтобы от меня разило. Официант пролил на меня виски.

Я тоже обращаю внимание на его рубашку. Теперь замечаю расплывшиеся пятна на ткани, которые смотрятся как улики. Да. Похоже на правду. Подтеки еще не до конца высохли.

— И что стало с официантом? Он жив? – спрашиваю с легким прищуром, не удержавшись от иронии.

Он коротко смеется. И делает это так тихо, что я понимаю, что он чертовски устал.

— Жив. По крайней мере, был, когда я уходил.

Я не продолжаю эту тему. Не хочу думать о том, что с ним могут сделать за такую оплошность. Облить важного гостя на приеме Германа… Ох, бедняга. Третьяков не выносит, когда кто-то допускает ошибки. Особенно если он платит этим людям деньги.

— Прости, я заснула, – добавляю, а потом глупо улыбаюсь. – Черт, я ничем не лучше этого официанта. Мы с ним просто удивительные профессионалы, знаем, как скрасить вечер клиента.

Это и правда смешно.

Лебедев отвечает усмешкой, а потом наклоняется ко мне и касается ладонью моего лица. Я замираю от неожиданности, но почему-то позволяю ему трогать себя. Он проводит пальцами по моей щеке, а в его взгляде открывается новая глубина. Я отвожу глаза, чтобы не занырнуть в нее. От греха подальше…

— У тебя красивая улыбка, – произносит он и уводит пальцы к моей нижней губе, очерчивая контур. – Очень…

Он убирает руку и отходит к креслу, в которое буквально падает. Я смотрю на это с недоумением. Он явно скоро заснет, а вокруг кроме кровати есть еще два больших дивана.

— Может, тебе лучше лечь? – говорю, приподнимаясь на локте.

— Нет, мне лучше так, – отрезает он.

Я смотрю на его позу и не верю, что здоровый мужик сможет нормально выспаться и отдохнуть в кресле. В дизайнерском кресле, которое вообще не создавалось для удобства. Я снова оглядываю его мощный силуэт и вдруг вижу, как он широко расставил ноги, руки тоже развел в разные стороны, бросив их на подлокотники, а голову откинул так, что его взгляд теперь направлен в потолок.

В такой расслабленной позе самое подходящее – ждать расслабляющего массажа.

Или…

Я ничего не понимаю в том, как работают эскортницы. Но вся эта ситуация… Передо мной мужчина, комфорт и удовольствие которого – моя работа, во всяком случае он так думает.

Он все-таки ждет от меня каких-то действий? Поэтому дотронулся до рта, а теперь удобно устроился в кресле?

— Ты на что-то намекаешь? – спрашиваю прямо.

Лебедев чуть поворачивает голову в мою сторону и смотрит прямо в глаза. Ему требуется некоторое время, чтобы понять, о чем я спрашиваю.

— Нет, – наконец отвечает он. – Если мне будет что-то нужно, я скажу.

— Значит, ты правда собрался спать в кресле?

— У меня много странностей, Алина, не обращай внимания.

Наверное, это самая странная ночь в моей жизни.

Мне удается временами засыпать, но из-за нервозности я то и дело просыпаюсь. Причем Лебедев не пугает меня, хотя я осознаю, что слишком мало его знаю и не стоит расслабляться. Но мой профессиональный и личный опыт подсказывает, что варианта лучше не стоило и ждать. Он адекватен, спокоен и не кинулся на меня, как на кусок мяса.