Книга Замуж по контракту, страница 103 – Агата Лав

— Не ори! — шипит мужчина в черном капюшоне, заглядывая в салон через разбитое стекло. — Мы вооружены.

— Ты знаешь, кто я? — Владу тяжело говорить, тяжело двигаться, но я вижу, как он на рефлексах протягивает ладонь, чтобы хоть как-то защитить меня от незнакомца.

— Мне плевать.

— Тронешь ее, и уже завтра тебя пристрелят как собаку.

— А я рисковый, — мужчина скалится и сплевывает на землю.

Он хватает меня за плечо. Следом появляется его напарник, который тянет нож к моему ремню безопасности.

— Кто тебе заплатил?!

Влад бездумно бросается вперед из последних сил и пытается ладонью закрыть мое тело от ножа. Напарник едва не полосует по его пальцам.

— Ты сдохнешь, ты слышишь меня? — Влад повышает голос. — Вы оба!

Все-таки бита…

Я понимаю, какой именно тяжелый предмет находится в руках незнакомца, когда следует новый удар. Зверский и смачный.

По Владу.

Нет!

Меня оглушает собственный крик. Собственные слезы смывают реальность. Я вдруг оказываюсь такой слабой, что теряю сознание и просто-напросто выключаюсь, не в силах выдержать этого ада.

Так выключается техника из-за перебоя электричества.

Вспышка, пауза и резкое пробуждение.

Я открываю глаза в другом месте. Не могу понять, сколько прошло времени и куда меня привезли. Я сижу на стуле, с которого не в силах встать. Мое тело не связано, но слабостью пропиталась каждая клеточка организма, словно я окутана веревками изнутри. Мне что-то вкололи?

Влад!

Я вспоминаю, что произошло до этой комнаты, и дергаюсь всем телом. Тупая боль растекается по мышцам и только. Больше никакого результата. Я остаюсь на месте и заставляю себя продышаться, делаю вдох-выдох и ищу чертову точку равновесия. Нужно успокоиться, хотя бы чуть-чуть, хотя бы чтобы не ухудшить ситуацию.

Он в порядке, Лена.

Влад сильный и молодой, он прошел столько черных дней в своей жизни, что его не сломать одним ударом.

Всё будет хорошо. Просто дыши.

— Ты спятила?!

Я узнаю голос Павла в ту же секунду и резко поднимаю голову. Он звучит истерично и не по-мужски, а его бледное лицо искажено гримасой отчаяния. Я едва признаю его, от уверенного бизнесмена с хитрым взглядом не осталось ни следа.

Он смотрит мимо меня, как будто его зрение потеряло фокус. Но нет дело в другом: он ищет взглядом другого человека. В большой кухне, которая напоминает ресторанную, стоит гулкое эхо, которое доносит шаги, постукивающие высокими каблуками. Мне с трудом удается обернуться, хотя мое чутье называет ее имя заранее.

Конечно, это Элина.

Больная стерва.

— Ты понимаешь, что творишь? — продолжает Павел, игнорируя мое присутствие. — Это переходит все границы! Что ты устроила, мать твою?!

— Ты звучишь, как мой папочка, — недовольно замечает Элина.

По шелесту рукава я понимаю, что она поднимает ладонь и отмахивается от злости Павла.

— Ты пьяна, — выдыхает Павел и прикладывает ладонь к переносице. — Конечно, ты пьяна. Так подставиться можно только под дозой…

— Заткнись! — Элина вспыхивает как спичка. — Мне надоело играть в твои осторожные партии. Я больше не буду тебя слушать, и отца не буду! Вы оба трусы! Этот подонок оскорбил меня на глазах у всех, а вам плевать! Ты ведешь свою игру, а мой дрожайший папочка наложил в штаны, стоило Яскевичу заступиться за сына!

Она смахивает что-то со стойки, и дребезжание стекла расходится по комнате.