Книга Торпеда. В деле. Книга 2, страница 136 – Виталя Гусынин

— Ну? Чего столпились, звери? Кто еще за режим? Прошу! Подходите и ложитесь рядом со своим смотрящим, который готов куму жопу лизать, за пачку чая и мобилку! — Орал Леха.

Все стояли и не понимали происходящего. Первый ответил тот третий, находящийся в камере с Торпедой.

— Да он предложил качнуть режимку и нагнуть немного мусоров, Зурик отказался! — Объяснил мужчина.

Леха схватил литровую кружку со стола и швырнул ее в окошко. Стекла полетели наружу.

— Ты че за конь такой комнатный? — Вышел вперёд один огромный бородатый черноволосый мужчина.

— Это Леха Торпеда! — Выкрикнул кто-то из толпы. — Бугром производства был. Сука, козел! — Крикнул тот.

Барак зашумел. Некоторые кричали, чтобы мочить козла, кто-то наоборот останавливал и говорил, что мол он наоборот против администрации лагеря. Торпеда стоял в проходе и махал вырванной из пола доской с двумя ржавыми гвоздями.

— Ну? Подходи! Щас первому кукушку расшибу, ебало порву в хлам, остальных зубами загрызу на хуй! — Орал он.

— Осади! Че ты хочешь? Шатнуть? Давай попробуем! — Пробасил все тот же бородач. — Парни, поджигай сортирную бумагу!

Начался полный бардак. По помещениям метались люди, что-то где-то гремело, звенели стекла, летала посуда. Из уборной потянулся едкий запах гари. Там подожгли бумагу и поставили пластиковое ведро на огонь. Некоторые висели на оконных решётках, пытаясь вырвать их и кричали на улицу, неразборчивые слова. По колонии зазвенела тревожная система и из дежурки начали выбегать люди в форме. Торпеда крикнул, чтобы заблокировали все входы в СУС. Стали подносить столы, разбирать кровати и забивать ими проход возле дверей.

Часа три или четыре, менты так и не смогли прорваться в барак. Из окон их тоже закидывали различными предметами. Те метались возле здания, пытаясь успокоить осуждённых.

Леха в то время, выламывал на последнем этаже решетку окна. После чего, он и еще несколько парней, вскарабкались на крышу и засели там. К этому моменту уже собралось всё начальство возле барака и с ужасом смотрели на происходящее. Было морозно. Пар валил изо рта. Торпеда скинув с себя робу и футболку, остался стоять голым по торс, на железной крыше барака.

«Что вы хотите?» Вдруг прозвучал голос в громкоговоритель.

— Пошел ты на хрен, козел! — Раздалось почти хором из всех окон здания.

— Свободу хотим!

«Прошу всех успокоиться, закончить беспорядок и зайти в свои помещения! Иначе к вам будут применены силы!» Вновь гаркнул голос.

— На! Давай! Хотел нагнуть меня, выродок? — Заорал с крыши Леха и бросил вниз снятые вещи.

Вдруг начальник колонии махнул рукой и в ворота забежала группа спецназа. Они рассредоточились по секторам, заняв позиции. На крышу направили прожектор. Прозвучали два глухих хлопка и наверху что-то задымилось. В окна, так же полетели прицельные выстрелы, с газовыми средствами.

— Травят, суки! Газом травят. А-а-а-а-а. — Раздавались крики из барака.

Леха расставил руки в стороны, оскалился и быстрым шагом, скользя по железному настилу крыши, направился к парапету. Снова прозвучал выстрел и перед ним зашипело облако слезоточивого газа. Он пригнулся, потеряв ориентацию, не удержался на ногах, рухнул с крыши, прямо в низ, на жесткий пласт сугроба. К нему сразу же подбежали сотрудники колонии, скрутили, надели наручники и поволокли за руки в дежурку. Леха уже был без сознания. Его ноги волочились по земле, а из головы вытекала густая темно алая кровь.