Книга Признаться в любви нелегко, страница 25 – Линдсей Армстронг

— Только не забудь: ты начала это, Никола!..

Она спрятала от него злой огонек, вспыхнувший в ее глазах, и мягко сказала:

— О, я не забуду, – и подставила ему лицо для поцелуя.

Когда они отстранились друг от друга, чтобы глотнуть воздуха, Никола увидела его взгляд, пристальный и сосредоточенный, и ей показалось, что между ними пробежал электрический разряд. Она чувствовала, как реагирует ее тело, когда к нему прикасаются его губы или пальцы: к линии ее плеч, к внутреннему сгибу локтей, к ямочке внизу на шее…

Она ощущала атласность своей кожи, когда он проводил ладонью по ее руке. Ощущала себя хрупкой, когда он обхватывал своими пальцами ее запястье, а его рука выглядела большой и сильной. И еще, когда он подносил ее ладонь к своим губам, она ощущала свою собственную силу… Силу, сдерживающую его, так что ему приходилось прижимать ее сильнее и проверять ее способность сопротивляться, когда он ласкал ее бедра, а потом грудь. Она подчинилась, подставляя ему снова и снова свои губы.

В конце концов Бретт обрел полную власть над ней. После того как он крепко поцеловал ее и она произнесла его имя одновременно с удивлением и страстью, он выпрямился, прижал ее на мгновение и отстранил от себя.

— А что это должно означать? – едва дыша, прошептала она и прислонилась к косяку двери, ища опору.

— Конец всем играм, Никола, – сказал он очень спокойно.

— Играм? – пробормотала она и, отчаянно пытаясь не показать, как больно эти слова ранили ее, выпрямилась, дотронулась до своих распухших и саднящих губ и спокойно добавила: – А я-то думала, что здесь затронуты и чувства!

— Ты сама это начала, – напомнил он ей. – По разным причинам, но о чувствах речи не было.

— Да, я… Не беспокойся, я извлекла урок… Пожалуй, пойду-ка я спать. Спокойной ночи, Бретт.

Он, ни слова не говоря, подхватил ее на руки.

— Что ты делаешь? – запротестовала Никола. Он перенес ее через порог. – Бретт! Поставь меня! – Она попыталась вырваться, но безуспешно. – Бретт, я не хочу… не делай этого.

— Ты не хочешь спать со мной? – спросил он. – Извини, Никола, но ты, видимо, обманула меня.

С минуту он смотрел на нее циничным взглядом, потом вошел на кухню и бесцеремонно поставил ее на высокий кухонный стол в центре кухни.

— Стой здесь, – потребовал он. – Ты слишком долго безобразно вела себя в этот вечер.

— У меня… нет слов, – пробормотала она.

— Ну и прекрасно. Так и оставайся. – И ушел в столовую.

Никола огляделась. Как обычно, Эллен оставила кухню в безукоризненном состоянии.

Бретт почти сразу же вернулся, держа в руках бокалы.

— Бренди, – сказал он. – Похоже, это то, что тебе сейчас надо.

Никола взяла бокал, посмотрела на его янтарное содержимое, сделала большой глоток и поперхнулась от обжигающего напитка. На глаза у нее навернулись слезы. Сделав глоток поменьше, она поставила бокал.

— К вопросу об играх, – сказала Никола. – В какую же отвратительную игру ты играл, Бретт!

Он поднял бровь.

— У меня и в мыслях не было затащить тебя в постель, Никола.

— Тогда… почему? – Она смущенно смотрела на него.

— Все, что я собирался сделать, – это… – он наклонил голову к столу, – дать тебе понять все на словах, вместо того чтобы ты, смертельно напуганная, убежала из постели… При подобных обстоятельствах многие мужчины… – он мрачно улыбнулся ей, – не были бы столь любезны, Никола.