Книга Не грози императору!, страница 103 – Андрей Абрамов

— Да. У нас это семейное. По мужской линии. За исключением меня, разумеется. Мне досталось противоположное свойство дара. Я зайду один. У меня с ним личные счёты.

— Мы прикроем. Мало ли чего там, – кивнул Темников.

Я уже было взошёл на ступени лестничного пролёта, как меня окликнул Игнатов.

— Не забывай, виконт, кто мы есть. Защитники не убивают просто так.

— Я буду сдержан. Не хочется запятнать память отца методами, которыми пользовался его брат.

Через минуту я стоял перед дверью кабинета отца.

«Надо сказать, ты единственный, кто продвинулся к цели так близко», – в голове снова появился Сигбаурд.

— К чьей цели, старик? К своей или твоей?

«Пока мы вместе, цель у нас одна. А теперь иди и забери то, что по праву принадлежит тебе!»

— Что правда, то правда, – я толкнул дверь и она открылась.

Дядя сидел во главе массивного стола с резными, в форме молний, ножками.

За его спиной висели портреты всех глав Рода Грозиных, начиная от древних и заканчивая моим отцом.

Я вошёл в комнату и остановился прямо напротив стола, так чтобы оказаться лицом к лицу с предателем Рода.

Грозин всё это время не спускал с меня глаз.

— Наверное, сейчас ты испытываешь неописуемое чувство гордости, племянник?

— Мне нечем пока гордиться. До тех высот, которых достиг мой отец, не так-то легко добраться. Честным путём.

— Видимо, до них ты так и не доберёшься, чёртов выродок!

Честно говоря, я почему-то упустил этот момент из виду. Грозин вскочил и выхватив револьвер, три раза нажал спусковую скобу. Громыхнули выстрелы.

Револьвер оказался рунным. Напитанные энергией молний пули ударили мне в грудь, разрядившись почти одновременно.

Я отлетел в стоящий позади шкаф и только потом сообразил, что произошло. Ах ты ж, дядюшка! Всё в лучших традициям самого тебя! Наверное, так же хладнокровно ты разделался и со своим братом, отравив его или как сейчас ударив громовым разрядом.

Только тебе, наверное, невдомёк, что этот фокус не сработает со мной! У меня, в отличии от всех вас, с невосприимчивостью к молниям всё в порядке. А дар громовержца, да и бог с ним. Наверное, он исчезнет вместе с тобой.

Я встряхнул головой и прошёлся рукой по нагрудной броне. Щитки разворотило, но пули они всё же остановили. Вот они, маленькие сеянцы смерти, ещё горячие и немного щипаются остаточной энергией молний. Без пассивок и брони в этом мире несладко. Что ж!

Грозин вышел из-за стола, когда дверь в кабинет распахнулась и на пороге возник Наговицын. Жахнули они почти одновременно. Дядя своим родовым даром, а Наговицын усиленным воздушным тараном.

Обоих со страшной силой отбросило в стороны, а сам кабинет превратился в нагромождение перемолотой мебели.

Я перекатился на бок и встретился взглядом с дядей. Тот лежал от меня в трёх метрах. Его левая рука болталась на обрывках рукава, а правая набирала энергию для следующего удара. Лицо было искажено ненавистью и безумной яростью.

— Сдохни, тварь! – сгусток мощнейшего грозового шара затрепетал в его руке. – Скоро всё грёбанное потомство твоего отца канет в вечность! И ты и этот его ублюдок!

В этот момент я выкрутил гравипресс насколько хватило сил и сконцентрировал его на том месте, где лежал дядя. До ушей донёсся хруст сдавливаемых костей.

Грозин уставился на меня удивлённым взглядом, а через секунду, сжавшийся до размеров яблока, фиолетовый шар в его руке заискрил и взорвался.