Книга Бастард Великой Орды, страница 151 – Александр Майерс, Андрей Абрамов

На середине пути, правее, метрах в десяти, я заметил, что склон скалы отступил вглубь, образуя уступ, и под прямым углом уходил вверх. Чуть дальше такая отвесная стена обрывалась вниз, почти до подножия башни. Идеальное место для подъёмников. С пересадкой на том самом уступе.

Последние ступени дались с трудом. Но когда мы оказались на смотровой площадке — каменистой плеши, диаметром шагов в двадцать, в центре которой возвышался древний менгир — сердце чуть не выпрыгнуло из груди.

Духовный корень отозвался сразу — где-то в глубине этого мегалита пульсировала древняя сила, та, что помнила эти места, когда вместо острога под скалой простирался Великий город.

Я отдышался и направился к краю.

Площадь в несколько десятков лиг лежала передо мной, как на ладони.

На юго-востоке угадывалось ущелье с заставой, у которой мы первый раз встретились с Грозой. За ним простирались Мёртвые Топи — от горизонта до горизонта. Справа в горы поднимался Северный тракт. А позади раскинулось заросшее лесом плоскогорье.

Где-то там, в десятках лиг, лежали Глубины — место, где Тьма глумилась на самой жизнью, превращая её творения в мёртвое воинство.

— Не знал, что у Гнилых Зубов есть свой Камень, — я похлопал по шероховатой поверхности мегалита. — Посмотри, как он сохранился. Ни одной трещины.

Урзул прошёлся по кругу, осматривая позеленевшие от плесени руны.

— Ему нужно дать имя, — проговорил он. — У всего, что носит имя, появляется душа. Это место станет сердцем острога. Здесь будут проходить медитацию сотни его сынов.

Я улыбнулся. Свой Агнар-камень это хорошо. Не придётся таскаться в горы.

— И какое же мы дадим ему имя? — спросил я.

Урзул сощурил глаза, осматривая меня с ног до головы.

— Есть у меня один вариант, — свистящим шёпотом ответил он.

— И?

— Кром-камень! — Урзул вздёрнул подбородок. — Сотни свободных племён захотят увидеть его. Ощутить его Силу.

Немного пафосно, но пусть будет.

— Не хотелось бы, чтобы здесь ошивалась половина Пустошей. Но название хорошее, — я улыбнулся, — мне нравится.

Я развернулся на пятках.

— Так о какой технике ты говорил?

Урзул жестом пригласил следовать за ним.

Мы подошли к основанию Кром-камня. Шаман скинул кирасу, снял с пояса кинжал.

— Присаживайся.

Я уселся на холодный камень, прислонившись к шершавой поверхности менгира. Шаман сел по левую руку.

— Покажи свои Круги, — негромко сказал он.

Я вытянул руку. На коже бугрились два шрама, подсвеченные изнутри раскалёнными углями. Сквозь них проходили потоки энергии, готовые по первому зову пробудить Дар.

Чуть выше, у сгиба локтя вращался Круг Духа — воплощение живого оружия, сотканного из волокон эфира.

Шаман коснулся двупалой рукой шрамов, перед этим прикрыв глаза. Голос его зазвучал вкрадчиво:

— Дар духовного оружия это, прежде всего, набор навыков, — начал он. — Высшая степень самоконтроля, концентрация и умение манипулировать тончайшими нитями эфира.

Услышав, как я удивлённо хмыкнул, Урзул приоткрыл один глаз и посмотрел на меня, как учитель смотрит на непоседливого мальчишку.

— Разве эфир это не нечто цельное? — не удержался я от вопроса. — Как, например, пчелиный мёд.

Шаман снисходительно улыбнулся уголками губ.

— Если орка макнуть головой в этот мёд, а потом вытащить…

— То за ним потянутся тончайшие нити, — продолжил я.