Книга Мама, я – Игрок!, страница 11 – Ник Вотчер

Пришлось мне лезть выше. Вернее, я попытался это сделать. Но первая же попытка взобраться на ажурную, но прочную на вид каменную лесенку, ведущую к нижним полкам, закончилась для меня полной катастрофой. Оказалось, что значение Ловкости 3 — это не просто цифра. Это фактическое отражение реальности, в которой мне отныне предстоит жить. Я зацепился ногой о какой-то выступ уже через полтора метра, едва не сверзился вниз, чуть не свернул шею и словил мощный заряд адреналина, сравнимый с атакой голема.

Невозможно открыть навык «Акробатика». Низкое значение характеристики Ловкость.

Появившаяся надпись выглядела как издёвка. А ведь я бы не отказался от халявного навыка! Уверен, что это довольно полезная штука, которая может пригодиться в сражении с монстрами.

— Засада! — выругался я, потирая ушибленное колено. — Раз не получилось тут, должен же быть другой путь? Для таких вот…как я.

Взгляд зацепился за полки. Они стояли так близко, что можно было подтянуться, ухватившись за выступы, что я и попытался сделать. Самое трудное было взобраться до того места, где уже можно было их использовать, как лестницу. А затем настала пора медленно и мучительно подтягиваться, используя больше силу рук (жалкую четвёрку!) и упрямство, чем крайне низкую ловкость. Я карабкался, словно гусеница, ползущая вверх по ветке, пыхтя и проклиная всё на свете: свою бывшую начальницу, пролитый кофе, самокат, гравитацию.

Но с каждым метром я мог прочесть всё больше надписей, и мой навык лингвистики работал всё лучше. Символы, которые сначала были просто красивыми закорючками, начинали складываться в логические конструкции. Я выискивал повторяющиеся символы, складывал их в слова, а затем и в полноценные предложения.

Это была самая сложная головоломка в моей жизни, и она меня… зажигала. Да, было страшно. Да, я вспотел так, что от костюма начало заметно попахивать. Но я был в своей стихии!

Через час (а может, два) я сидел на вершине одного их стеллажей и лихорадочно чертил в пыли на его поверхности схему. У меня уже была гипотеза, которая выглядела вполне логично.

— Так, — бормотал я себе под нос, стирая ладонью очередной неудачный вариант. — «Место хранения знаний» — слишком буквально и очевидно. Скорее всего, это неверно. «Хранилище Памяти…» — уже ближе, но чего-то не хватает. Создатели этого места явно делились на касты: строители, воины, хранители и кто-то ещё. И вот это место… оно не просто для хранения. Оно для чего-то ещё. Чего-то большего, что мы не в силах осознать в полной мере.

Я посмотрел вниз, на ту самую центральную табличку. И тут мой взгляд упал на пол под постаментом и вокруг него. Там была выложена мозаика. Когда я смотрел на неё во время редких остановок, пока поднимался наверх, то она казалась просто орнаментом, но с высоты десяти метров проступил ясный символ. Две спирали, расходящиеся из одного места. Одна словно поглощала множество мелких точек, а вторая выпускала их из себя.

«Поглощение… ассимиляция… переработка информации, — я принялся перебирать в уме различные ассоциации, пока у меня не „щёлкнуло“. — Это не библиотека. Не совсем библиотека. Это скорее… желудок. Только питается он информацией!»

Пришедшая в голову догадка звучала безумно, но я чувствовал, что это очень близко. Осмотрев всё вокруг ещё раз, я, в итоге, сполз вниз. Сердце колотилось как сумасшедшее, когда я склонился над табличкой и внимательно осмотрел постамент и пол. «Лингвистический Анализ» сработал на полную и символы окончательно сложились в нужное словосочетание.