Книга Ян и Инь 6. Дорога домой, страница 55 – Ник Вотчер

Никто из монголов нападения не ожидал. Прежде, чем они успели опомниться, я уже вонзил свои когти в грудь ближайшего монгола, пробив её насквозь. Кровь брызнула на ковры и подушки, а сам он дёрнулся было схватиться за нож, но тут же захрипел и обмяк. В воздухе повис резкий запах железа и вина, от опрокинутых кувшинов.

Дамдин первым сообразил, что происходит. Он вскочил на ноги, а его лицо исказила ярость. Моментально окутавшись духовным покровом, он закричал, брызгая слюной:

— Предатель! Ты за это ответишь! Я велю отрубить всем твоим воинам руки и ноги и брошу их подыхать от голода. Или вспорю им животы и заставлю есть свои кишки. Или…

Дальше я его не слышал. В голове раздавалось лишь довольное порыкивание Иня, который поглощал одного духа за другим. Несмотря на то, что у каждого из присутствующих тут монголов были духи, ни один из них не дотягивал до уровня Иня или даже Акамира.

Что касается духов Мина и Лэя, то они действовали сообща, нападая вдвоём и не давая своим жертвам ни единого шанса. Те же духи, которые могли оказать им сопротивление, сейчас отбивались от Иня и Алева. Да и неожиданное нападение дало свои плоды. Прежде чем что монголы, что их духи сообразили, что происходит, они уже потеряли десятую часть своих.

Шатер за считанные секунды превратился в кровавую бойню. Монголы разделились на три группы. Первая, самая многочисленная, пыталась дать нам отпор. Первоначальная растерянность уже прошла, и сейчас они вскакивали с мест, хватаясь за немногочисленное оружие.

В основном у них были длинные ножи и кинжалы. Дамдин, по всей видимости, опасался нападения, поэтому меч на собрании был только у него одного. Критическая ошибка, которая стоила сейчас многим из них жизни.

Вторая часть монголов рвалась к единственному выходу. Их-то как раз и сдерживали сейчас Лэй с Мином, не давая покинуть зал. Да, численное преимущество было на стороне монголов, но у моих соратников и не было цели убить их всех. Достаточно было просто сдержать, пока их духи разберутся с вражескими.

Третья часть монголов, самая малочисленная, среди которых я мельком разглядел знакомое лицо, забились в угол и наблюдали за происходящим, не решаясь вмешиваться. Не знаю, на что они рассчитывали, может ждали, пока в живых останется кто-то один, чтобы добить победителя, но краем глаза я за ними поглядывал.

Самая главная битва развернулась у духов. Инь рвал духов монголов, словно бумагу. Его когти вспарывали призрачную плоть, а клыками он впивался в шеи врагов, тут же пожирая своих жертв. Он был быстрее, сильнее и яростнее любого духа в этом зале, и вовсю этим пользовался.

Акамир прикрывал меня и Лэя с Мином, выпуская огненные сгустки один за другим, выжигая глаза и лица монголам, пытавшимся окружить нас. Не каждая его атака пробивала духовный покров противников, но страх перед огнём делал свое дело, и монголы береглись, не рискуя бросаться на моего друга.

Лэй и Мин сражались плечом к плечу, прикрывая друг друга. Им было непросто, но они выдержали самый яростный напор, и сейчас вовсю пользовались своим преимуществом в силе и скорости, помогая своим духам.

Я же, наплевав на всё, пробивался к Дамдину. Тот стоял на месте, дожидаясь, пока его соратники ослабят меня, чтобы добить и получить всю славу. Только он даже близко не представлял, что его сил на это уже не хватит. Случись наше противостояние до штурма, и у него был бы шанс. А так…