Книга Ян и Инь 5. Свой, среди своих, страница 80 – Ник Вотчер

— Меня зовут Сарнай, из клана Огненной Травы, — ответил тот, спустя секунд десять. — А ты кто такой?

— Почтенный Сарнай, прежде чем почтить нас своим присутствием, должен был пройти через крепость, где ты, наверняка, расспросил находящихся там воинов об обстановке. И они не могли не рассказать, что этот городок и окрестные земли принадлежат мне, Яну из клана Медоеда. А место главы это городка, в моё отсутствие, занимает дайчин Оргун.

— Клан Медоеда? Не слышал о таком, — безэмоциональным голосом произнёс Сарнай, продолжая сверлить меня взглядом.

— Это новый клан, — пожал я плечами. — Но речь сейчас не обо мне. Что привело тебя сюда, сотник Сарнай, да ещё и в сопровождении такого большого количества воинов? Могу тебя заверить, на этих землях нет такого количество врагов, чтобы понадобилось столько людей. Мы уничтожили находящийся тут клан и всех их воинов.

— Ты говоришь, что это земли твои. Но по какому праву? — влез один из его людей.

Я в очередной раз проигнорировал вопрос, заданный непонятно кем. Но, глядя на Сарная, я не стал сдерживаться и позволил себе едва заметную усмешку. И он её заметил. Да и не только он. Было ли это грубо с моей стороны? Возможно. Но дело было в том, что они сами виноваты в таком приёме. Вместо того, чтобы отправиться с другими отрядами, они решили забрать землю у того, кого посчитали слабее.

— Ты слышал вопрос, — процедил Сарнай, не дождавшись от меня ответа.

— Я разговариваю с тобой, а не с… неизвестно кем.

— Ах ты щенок! — не выдержал тот монгол и призвал своего духа.

Конь. Кто бы сомневался. Но от одного из сотников или приближённого к ним человека я ожидал большего. На что они вообще рассчитывали, если остальные примерно равны ему по силе?

— Твой человек действительно решил напасть на меня на пороге моего дома? — я вопросительно поднял бровь, не удостоив агрессивного монгола даже взгляда.

— Ты ведёшь себя грубо и непочтительно. Неудивительно, что кому-то это может не понравиться.

— Грубо и непочтительно?

Я не выдержал и, уже не скрываясь, оскалился, с презрением глядя на них. Я даже не стал выпускать Иня, но, видимо, что-то в моих глазах напугало их настолько, что они все они тут же окутались духовной защитой.

— Давай говорить начистоту, сотник Сарнай. Ты пришёл на эти земли, наслушавшись разговоров стражников о том, что тут нет никого, кто бы мог противостоять твоей силе. И ты решил отобрать у брата дайчина земли, которые мы отвоевали своими клинками и своей кровью. Не очень благородно для истинного сына Степи, не находишь? Но даже так, вместо того, чтобы высказать свои намерения мне в лицо, за тебя, почему-то, говорят твои люди. Они ведь говорят за тебя? Или за себя?

— Я говорю за себя, ты, мальчишка! — чуть ли не прорычал монгол с духом коня, опередив с ответом Сарная.

— В таком случае, ты ответишь за свои слова прямо сейчас. Инь!

Медоед словно только и делал, что дожидался моей команды. Он тут же вылетел из меня и устремился к вражескому духу. Один удар, и тот, не успев даже толком среагировать, оказался уничтожен. А вслед за ним, на камни мостовой, упал и его носитель.

— Твой человек спросил меня, по какому праву эти земли мои? Что ж, пожалуй, я отвечу. По праву силы. Если ты считаешь, что сможешь отобрать у меня их всего лишь с жалкими тремястами воинами, то ты глубоко заблуждаешься.