Книга Ян и Инь 5. Свой, среди своих, страница 119 – Ник Вотчер

— Я даже примерно представляю, на что они их потратят, — еле слышно хмыкнул Акамир, посмотрев, почему-то, в сторону Юнгура.

— Да тут и гадать нечего, — хохотнул тот. — На выкуп трофейного оружия, доспехов и баб.

— Каких ещё баб? — не понял я.

— Сотник Юнгур решил создать в отряде синий дом, — решил пояснить мне Мин, но только ещё больше запутал.

— Что это?

— Да бордель он решил организовать, — не выдержал Акамир.

— Бордель? — удивился я. — Зачем нам бордель?

— Ты отличный воин, Ян. Один из сильнейших, кого я видел. И, порой, я забываю, насколько ты ещё молод. Наши воины постоянно сражаются, рискуют жизнью, видят смерти вокруг себя, в том числе и среди своих соратников. И как прикажешь им расслабляться? Пить мы им запрещаем, драться друг с другом тоже. Как им выпускать пар?

— Пускай лучше больше тренируются, — буркнул я, стараясь не показывать, что слова Юнгура меня смутили.

Я ведь действительно никогда про это не думал. Да и Мин с Лэем мне не говорили ничего.

— Они и так практически постоянно тренируются. Намного больше, чем остальные воины в других отрядах.

— И, благодаря этому, у нас намного меньше потерь, разве не так?

— Всё так, — кивнул Юнгур. — И они это понимают. А тем, кто не понимает, доступно объясняем, иногда, при помощи кулаков. Но… просто поверь, им это нужно.

— Юнгур просто забыл упомянуть, кому, в итоге, пойдёт оплата.

— И кому? — я заинтересованно посмотрел на кислое лицо монгола.

— Тому, кто это всё придумал и организовал, — неохотно произнёс он.

— То есть тебе? — дошло до меня.

— Готов отдавать половину в отрядную казну.

— Половину? — возмутился Акамир.

Лица Лэя с Мином тоже выражали возмущение, но они, в отличие от Акамира, сдержались и промолчали. Ким пока смотрел на это с недоумением, так как в разговоре мы переходили то на ханьский, то на монгольский. Пришлось быстро описать ему ситуацию. В итоге, на Юнгура смотрели с возмущением уже пять пар глаз.

— Ладно-ладно! — недовольно воскликнул он. — Две части из трёх!

— Думаю, тебе хватит и четвёртой части. Вдобавок, на тебе расходы по содержанию… всего того, что ты затеял.

— Ян! Это несправедливо!

— А как по мне, то вполне себе, — не согласился я. — И ты уж будь добр, не пытайся получить разницу, забирая все полученные деньги у… работниц.

— У «куриц»? Да они должны быть рады уже тому, что остались в живых!

— Юнгур! — повысил я голос. — Та будешь им платить, раз взялся за это!

— Да это же рабы!

— Юнгур!

— Да что?

— Хорошо, — я потёр переносицу пальцами. — Давай по-другому. Представь, что одна из них, когда ей надоест терпеть все унижения, возьмёт и отравит тебя. Или ткнёт ножом, когда ты будешь спать.

— Справлюсь, — отмахнулся он.

— А если таких будет десять? Двадцать?

— Да они же бабы. Что они смогут мне сделать?

— А что ты сделаешь с ними за это?

— Велю казнить, конечно же.

— И в итоге останешься без борделя и без денег. Так тебе понятнее? Если хочешь, чтобы твои люди выкладывались, их надо заинтересовать.

— Я подумаю.

— Подумай. И подумай в нужном направлении, как я тебе сказал. Иначе, мы всё это, так и быть, сделаем, но контролировать будешь уже не ты, а, скажем, Мин.

— Я? Господин, но я же… — начал было тот, но я заставил его замолчать, подняв руку.

— Ты меня понял, Юнгур?

— Понял, — недовольно ответил он, мазнув взглядом по Мину.