Книга Ян и Инь 4. Чужой, среди своих, страница 19 – Ник Вотчер

— Всё понял, командир Ян.

— И ещё, Мин, если планируешь прожить подольше, то начинайте учить язык. Пригодится.

— Командир Ян, разрешите спросить?

— Спрашивай.

— А вы… вы русы?

— Монголы, — с удивлением ответил я.

— Нет, не все вы, — он повёл рукой перед собой, как бы намекая на всю армию. — А вы трое.

— С чего ты это взял?

— Я когда-то давно служил одному клану, и к ним попал пленный рус. Нам всем было интересно на него смотреть, а он пытался выучить наш язык и научить нас своему.

— И как успехи?

— Осень пилоха, — произнёс Мин по-русски, чем немало меня позабавил. Неужели я точно так же говорил в процессе обучения? Если да, то я удивлён, как Макс надо мной не смеялся каждый день. Поэтому что звучало это просто ужасно.

— Он это чего? Язык наш что ли знает? — с удивлением спросил Акамир.

— Говорит, что когда-то давно пытался учить его смеха ради.

— Ну, какой-то язык им всем, в любом случае, учить придётся, если они хотят прожить подольше.

— Я им то же самое сказал, — усмехнулся я. — Будут, куда они денутся. Но это сейчас не самое главное. Плохо, конечно, что всё общение пока будет через меня, но, с другой стороны, представь, каково сейчас остальным новоявленным командирам?

— Об этом я даже не подумал, — Акамир поскрёб затылок. — Да уж, задал ты там задачку.

— Прорвёмся. Давай лучше, займись подготовкой к походу. К завтрашнему утру всё должно быть готово. И не забудь про воду. Её нам много понадобится.

Мы возились с подготовкой до самой ночи. Акамир с Зовидом даже успели погонять ханьцев, заставляя их выучить несколько команд. Зато теперь можно было не переживать, если я буду вынужден куда-то отлучиться. Уж команды «вперёд», «назад», «стоять», «отдых», «к оружию!» и ряд других, наши бойцы выучили. И мы были чуть ли не единственными, кто устроил такую вечернюю тренировку.

Мне же пришлось ещё посетить собрание младших командиров, где Нугай представил нам нашего непосредственного командира — сотника, который уже будет отчитываться перед полутысячником. Звали его Туху, и мне он показался серьёзным, но каким-то… обречённым.

Уже позже, из разговоров новых десятников, я узнал, что почти всех их назначили, не спрашивая их мнения. Таких, как мы с соратниками, было ещё всего двое. Одним из них был тот самый наглый монгол, который пытался забрать себе моих бойцов, а вторым был молодой дайчин, который, как я понял, решил набраться опыта на «игрушках», прежде чем брать под своё командование нормальных бойцов.

Нам пояснили, где мы должны держаться и какова наша роль в предстоящих сражениях. Всё оказалось не так плохо, как я думал. Из-за того, что все пленные ханьцы поголовно не имели лошадей, варианты их применения в бою сильно сокращались.

Нам было велено не щадить их, и гнать бегом, со всей возможной скоростью. Для меня это означало, что нужно будет дать им команду проверить обувь, для большинства ханьцев это означало, что не факт, что они доживут даже до своего первого боя, под командованием посланника Хана. Сомневаюсь, что остальные десятники собираются заботиться о своих «бойцах».

А ещё, я узнал, что мы оказались единственными, у кого был свой котёл. Всех остальных планировалось кормить из одного большого общего котла. И каждый отряд, который хотел получить свою долю, должен был вносить каждый день определённое количество крупы и другой еды.