Книга Ян и Инь 2. Путь к свободе, страница 40 – Павел Вяч, Ник Вотчер

Тот начал наносить удары налево и направо, стремясь вырваться из камеры. Вот только пострадавшие от его рук пленники повисли на нём, словно свора собак на медведе. Он больше не хихикал. С диким рёвом он пёр в сторону выхода, с каждым шагом замедляясь всё больше и больше.

Я встал, чтобы помочь им, но ноги подкосились, и я упал на камни. Голова кружилось, меня тошнило, но я нашёл в себе силы чтобы встать и сделать несколько шагов в сторону выхода из камеры.

За спиной толпа рвала на части своего мучителя, а я шёл в сторону спасения. Мне сейчас была просто жизненно необходима регенерация, которую могла дать мне только связь с Инем.

Вывалившись из этого опасного места, я сел, оперевшись о стену. Муть перед глазами потихоньку уходила, голова прочищалась, и я понимал, что это ещё не конец. Нам же надо как-то выбраться наружу. В таком состоянии я точно не смогу справиться со стражниками. Особенно, если их набежит целая толпа.

От размышления меня оторвал крик дознавателя, в который он вложил всю ярость и всю обречённость от осознания близкой смерти.

Каким-то невероятным усилием, он стряхнул с себя ослабевших заключённых и прыгнул в сторону коридора. Прыжок вышел отличным. Не вцепись в его ноги Тимофей, и дознаватель мог выбраться. А так, снаружи оказалась только половина его тела.

Не сумев сдержать стон, я буквально упал на него, придавив его шею локтём. Второй рукой я принялся бить его по затылку, от чего он бился лбом о камни.

К сожалению, он успел использовать покров, но, из-за того, что половина его тела находилась в подавляющей духовную энергию камере, он работал с перебоями. Я бил и бил, понимая, что если остановлюсь хоть на секунду, то потом у меня просто не хватит сил, чтобы продолжить сие увлекательное действие.

Не знаю, сколько это продолжалось, но в себя меня привёл усталый, но довольный голос Иня.

«Всё, Ян. Остановись. Он мёртв, — произнёс дух, но я продолжил наносить удары, пока до меня не дошёл смысл его слов. — Понимаю, тебе плохо, но сейчас должно стать немного полегче».

— С чего бы?

«Он понял, что у тебя тоже есть дух и снова выпустил своего. Понимал, что это его единственный шанс на спасение».

— Ты его поглотил?

«Почти целиком, — довольно ответил Инь. — Но никаких усилений можешь не ждать. Поглощённой энергии хватит только на то, чтобы подстегнуть регенерацию и избавить тебя от излишка яда».

Что-то царапнуло мне слух, но я не сразу сообразил, что именно.

— Излишка? А почему не весь яд целиком и полностью?

«А зачем? — искренне удивился Инь. — Ты забыл что ли? Всё, что нас не убивает — делает сильнее. Да, тебе будет плохо. Тебе будет тяжело. Но твой организм научится справляться с ядами. И в следующий раз тебе будет полегче».

В словах духа был определённый смысл. И в будущем, я уверен, способность справляться с ядами может меня сильно выручить. Но здесь и сейчас, на мой взгляд, было не самое удачное место для подобного.

— Тимофей, — прохрипел я, откашлялся и позвал его уже нормальным голосом. — Тимофей! Вы где застряли?

— Он… мёртв? — спросил он в ответ.

— Да. Мертвее не бывает. Можете не бояться. Давайте, пошевеливайтесь! Нам ещё выбираться отсюда как-то надо.

Один за другим, заключённые потянулись из камеры. Некоторые из них прихватили цепи, которые не крепились к стене. Не самое удобное оружие, но лучше, чем с голыми руками.