Книга Мама, я теперь большой начальник!, страница 21 – Ник Вотчер

После того как Алексей Борисович покинул конференц-зал, я ещё минуту постоял, переваривая произошедшее. Только что на моих глазах рухнула карьера человека, который ещё утром казался мне серьёзной угрозой. Но вместо облегчения я чувствовал лишь эмоциональную усталость и понимание того, что на его месте может оказаться каждый.

С одной стороны, Егор был обезврежен, и, похоже, надолго. Публичная попытка убийства заместителя главы Гильдии, да ещё и на глазах у самого главы, а также толпы свидетелей, это не то, что можно спустить на тормозах. Теперь ему точно будет не до моих секретов, а вся его болтовня про Осколок будет восприниматься, как бред сумасшедшего, пытающегося выгородить себя.

С другой стороны, Алексей Борисович создал у меня не самое приятное впечатление. То, как он легко слил Егора, уже заставляет задуматься о его приоритетах. Учитывая же его попытку как-то на меня повлиять, используя системные навыки, можно смело утверждать, что нам с ним не по пути.

Вопрос в том, кто в итоге останется, а кто будет вынужден уйти. Вот и получается, что при всём моём нежелании погружаться в политику Гильдии, делать это всё равно придётся. Иначе, с таким-то беспринципным главой, мы далеко не уедем. Поэтому, придётся работать над созданием противовеса.

Оглядев себя в отражении окна и поблагодарив Кенийского Льва за такой шикарный подгон в виде медальона Барьера, я вышел в коридор, где меня уже ждали Саня, Валера и Лена.

Валера был спокоен, как удав. Лена всем своим видом транслировала беспокойство, а Саня выглядел взбудораженным, но довольным. Его глаза сверкали, а сам он буквально сиял, словно только что провернул самую выгодную сделку в своей жизни.

— Братан, ты просто зверь! — воскликнул он, как только я подошёл. — Как у тебя получилось это сделать? Теперь то мы его уж точно достали! Это каким надо быть бесстрашным придурком, чтобы напасть на тебя при свидетелях! Считай, сам себя похоронил заживо!

— Да оно само как-то, — я устало улыбнулся. — Главное теперь не прославиться как тот, кто слил конкурента из-за личной неприязни. Надо всё правильно подать. Точнее, убедиться, что произошедшее будет представлено общественности именно в том ключе и свете, в котором произошло на самом деле. Мол, он пытался на меня надавить через административный ресурс, чтобы я забрал своё заявление и отменил инициацию расследования в его отношении. Я, естественно, как добропорядочный Игрок, выгрызший своё место упорным трудом и смертельным риском, отказался идти на встречу такой аморальной личности. И он, в итоге, не нашёл ничего лучше, чем проявить свою гнилую натуру и подло меня атаковать. Ну и закончить всё тем, что от смерти меня спас защитный артефакт, который я добыл в Разломе, который прошёл и закрыл в одиночку.

— Вот это ты задвинул, Колян, — присвистнул Саня. — Давай ещё раз, только помедленнее. Я запишу.

— Не парься, братишка, — Валера хлопнул меня по плечу. — Мы уже запустили процесс. Пара рейдлидов, которые на него зуб имеют, должны были уже подать заявление о его махинациях. Причём, сделать это они должны были ещё до вашей с ним встречи. Так что твои действия будут выглядеть как защита от неадеквата, а не как месть. А нападение на тебя и вовсе сойдёт за попытку избавиться от человека, который имел реальные шансы не дать замять дело.