Книга Ренессанс моей души, страница 89 – Таисия Касам, Марвин Лакруа

Я даже поймала себя на мысли предложить подержать чашку, но не решилась, чтобы не подчеркнуть его немощь. Лишь уточнила, — пока не приступила к основной готовке, могу попробовать немного … помочь… не знаю, сработает ли… и не отгрызет ли Зарекс мне руки… Но… если хочешь, могу помассировать плечи. — Немного спутанно произнесла я.

— Если это поможет, я не против. — Мягко, но немного вымученно, улыбнулся он.

Я вымыла руки и вернулась, — могу я … снять с тебя рубашку? — Вспоминая вчерашний косяк, решила уточнить сразу.

Он кивнул. — Конечно, делай что необходимо, я согласен практически на все. — В голосе звучала усталость и, неожиданно, покорность.

Получив карт-бланш, склонилась и стянула рубашку с плеч. При этом по мне так шандарахнул аромат его тела, что я сама чуть не закачалась. Не знаю, как удержалась от того, чтобы не устроиться у него на коленях. Так что буквально за шкирку уволокла свое тело за спинку кресла. Там стало чуточку легче, но лишь до того момента, как руки коснулись кожи. Неожиданно по-девичьи мягкая, но под ней скрывались натренированные упругие мышцы. Вынуждающие прилагать усилия, чтобы добиться нужного результата. Впрочем, если признаться честно, массировала я Айроса в некотором подобии дурмана, и далеко не всегда прикосновения были обоснованными и профессиональными. Но я очень старалась держаться в рамках, даже в глазах темнеть начало от того, что дышала через раз. И все это время парни о чем-то то ли разговаривали, то ли спорили, смысл ускользал, как туман поутру. Когда я закончила и укрыла плечи рубашкой, поспешила сбежать туда, где чувствовала себя наиболее комфортно — к очагу и кастрюлькам.

Вскоре ко мне все также пошатываясь подошел Айрос с пустым чайником, пробормотал «спасибо» и отправился досыпать. При этом весьма небрежно сдвинул недовольно засопевшего дракончика с теплого места и притянул обратно. После чего их дыхание выровнялось, и я с трудом смогла оторвать взгляд от этой безмерно умилительной картины.

Тряхнув головой, погрузилась в приготовление завтрака. И, уже когда почти все было готово, от постели раздалось недовольное мявканье. Тут же подорвалась, забралась на кровать и протянула ладошку к моему зверенку. Я опасалась, что которун уже позабыл меня за ночь, но нет. Мелочь проворно сцапала палец и принялась усердно его обсасывать, явно в надежде на молоко, но, понятное дело, безуспешно. Отчего и без того умильная мордочка скуксилась и стала еще забавнее. Я услышала смешки Хазаэля, а когда повернулась к нему, увидела протягиваемую мне бутылку.

Выдав которуну желаемое, устроила его на сгибе локтя, а сама уселась в соседнее с эльфом кресло. Зверек радовал непередаваемыми звуками, от чавканья и причмокивания до куда более неприличных.

— Спасибо. А у тебя этих бутылочек еще много? — С лукавым прищуром поинтересовалась я.

— Это та же, что я давал тебе этой ночью, нового в ней — только порция молока. — Уклончиво отозвался Хазаэль.

— Угу… а молоко … Его у тебя много? — Допытывалась я, ибо самой достать в этой глуши питание для котенка казалось весьма проблематичным.

— Много. — Улыбаясь, с кивком подтвердил он.

— Тогда я с тобой дружу. — Я тоже растянула губы в дружелюбной улыбке.