Книга Ренессанс моей души, страница 3 – Таисия Касам, Марвин Лакруа

— Ты ранен… — Это был не вопрос, хотя он кивнул в ответ. — Я не знала, прости. Нужна моя помощь? — При этом он хмыкнул, а я затараторила, — правда, поверь, не стала бы будить больного. Но раз так, могу попробовать чем-то облегчить… обмыть там… или помазать, сделать перевязку, только не уверена, смогу ли … найти тут что-то для этого, — осмотрелась в поисках аптечки, — да и медсестра из меня такая себе…

Юноша еще больше сощурился, подтянул ногу к груди, удерживая себя тем самым в вертикальном положении, а после непродолжительного молчания задал вопрос, — кто я для тебя? — И в этих словах слышалось куда больше, чем вкладываемый в них смысл. И подобрать название эмоции, которой они были пропитаны, оказалось непросто. Глубина, опустошенность, усталость, чувство.

И я не смогла не отреагировать, хотя, подразумевала, что моя честность в ответе могла стать фатальной. Поэтому сжалась и заговорила очень быстро, опасаясь, что меня прервут или поймут неверно. — Я не знаю, как ответить на этот вопрос, потому что я — не она. Если честно, то ты для меня — чужой, незнакомец, которого вижу впервые в жизни. Не знаю, что и как произошло, но это тело — не мое, больше того, этот мир — не мой. Должно быть, она была тебе дорога, но я не знаю, как вернуть ее… прости.

К моему несказанному облегчению, эти слова не вызвали агрессии или ажиотажа. На несколько минут юноша впал в некоторое оцепенение, было видно, что новость его шокировала и поставила в тупик. Он даже пытался улыбнуться, но вскоре во взгляде отразилось понимание, и, в какой-то степени, принятие.

Я не хотела мешать его размышлениям, поэтому подтянула ноги к груди, укутав их полами одежды, обняла руками колени, положив на них голову. Зябко поежилась, но вытягивать одеяло из-под себя не решилась и продолжила осматриваться. Небольшая комната, деревянные доски вместо обоев, ни намека на электричество, розетки или технику. Старомодный очаг, где едва тлели угли, окрашивая все в рыжие оттенки. Но этого хватало, чтобы понять, обстановка хоть и казалась добротной, но имела на себе следы увядания и заброшенности. Неуместным и ярким пятном выделялась здесь постель непривычного вида — она не имела ножек. По сути, это больше походило на шикарную перину, устилающую пол. Белье пахло свежестью и чем-то горьковатым… а еще было невероятно нежным на ощупь. Я провела ладошкой по материи, пытаясь определить, что это за материал, но так и не смогла подобрать аналог. Тоже касалось одеяла. Пуховое, я бы могла заподозрить что-то органическое, но уж очень оно было пружинистым и легким. Единственное, что смогла более или менее определить, это ткань одежды. Она больше всего походила на шелк, но была еще более нежной, мягкой и бегучей.

— Возможно, так даже лучше, — в тишине этот голос показался резким, но на самом деле был немногим громче шепота. Он не смотрел на меня, обращаясь будто в никуда. Эта фраза прозвучала скорее, как отголосок мыслей, чем осознанный монолог. — Теперь никто не заставит нас сражаться… Впрочем, «нас» теперь тоже не будет… — С разочарованием добавил он.

— Это моих… ее рук дело? — Я кивнула в сторону раны.

— В каком-то смысле так и есть. — Согласился юноша. — Если бы она хотя бы раз послушалась меня, то была бы жива, а я … не получил бы так много ранений. — Ответил парень, но, казалось, мыслями витал явно где-то еще.