Книга Рассвет ярости и гнева, страница 68 – Мелисса Рёрих

— Тогда где был Властитель, который должен был их встретить? — снова перебила Тесса.

Его улыбка обнажила зубы.

— Убит в ту секунду, как они переступили порог, несмотря на клятву верности Рордану. Тот не хотел рисковать.

У нее перехватило дыхание, но внешне она никак не отреагировала. Тесса лишь ждала, когда он продолжит, потому что ничто из сказанного до сих пор не объясняло, как она оказалась потерянной и забытой в этом гребанном мире.

— Я встретил Ксана у зеркальных врат, и план был таков: отвести тебя ко мне, пока Ксан и Айяна будут осваиваться в мире и культуре. Они должны были стать твоими законными опекунами, был спланирован и организован план, чтобы интегрировать всех вас в королевство Ариуса. Но мы так и не выбрались из Пантеона, — продолжал Тристин. — Мы едва успели покинуть внутренние покои, когда они появились, сбегая по лестнице. Ксан уже передал тебя мне и толкнул Луку ко мне, пока они с Айяной сражались, но ни один из них не мог сменить форму в тесных пространствах. Они убили нескольких серафимов, но те были лишь отвлекающим маневром. Рордан ждал с четырьмя спутниками, куда более сильными, чем обычные серафимы. И с ними была Эловин.

— Сильнее обычных серафимов? — переспросила Тесса, склонив голову.

Тристин кивнул, и на его лице мелькнуло облегчение от того, что она готова слушать.

— Да. Их называют Мараанами, и они сильнее серафима так же, как потомок Саргона сильнее оборотня-дракона. И драконы, и серафимы вышли из Хаоса, но…

— Ахаз и Ариус сделали некоторых из них «элитой стражей», играя в богов, которыми они и являются, — презрительно фыркнула Тесса.

— И да, и нет, — ответил он, покачав головой, будто подбирая слова. Или размышляя, как лучше объяснить. — Насколько я понимаю, Саргон и Ариус всегда были близки. Когда Ариус перешел на другую сторону в Вечной Войне, тогда и были созданы Хранители. Ахаз ответил созданием Мараанов, но не в этом сейчас суть истории. Суть в том, что они позволили Ксану и Айяне ослабнуть в бою с серафимами. Я использовал свою магию, чтобы защитить тебя и Луку, и к тому моменту, когда появились Рордан и Марааны, у всех нас почти не осталось сил. Прежде чем мы успели что-либо предпринять, Эловин сотворила заклинание ровно в тот самый миг, когда Ксан сразил одного из Мараанов. Чары столкнулись с его силой, и произошел мощный выброс. Заклинание ударило по всем подряд. Хотя, подозреваю, оно должно было заставить нас забыть конкретно о тебе, но столкновение сил сделало чары нестабильными. Мы действительно забыли, но вместе с тем другие воспоминания и знания стали мутными и искаженными.

Он затянулся магвудом и продолжил:

— Дальше я помню только коридор, окруженный разрушениями от битвы. Мы не могли вспомнить, как ты выглядишь, и не знали, что произошло. Я даже не помнил о Мараанах до недавнего времени. Знал только о серафимах. Чары Эловин должны были изменить воспоминания, но они ударили и по ней, и по Рордану тоже. Никто из нас не помнил, кто ты и что случилось. Но все знали, что ты здесь. Никто не знал, как тебя найти и с чего начать поиски.

— Значит, только Декс, Орэлия и Брекен знали, где я? — спросила она, и внутри закипала новая волна ярости.

— Точно сказать не могу, но думаю, что да, — ответил он, и на лице его снова проступила та самая жалость, которой Тесса не хотела и в которой не нуждалась. — Потому что больше двух десятилетий я искал, Вальтер искал, Рордан искал. Похоже, Рордан узнал о тебе первым и начал осуществлять собственный план, который, очевидно, пошел не так, как задумывалось.