Книга Рассвет ярости и гнева, страница 20 – Мелисса Рёрих

Он не стал стучать, просто повернул ручку и толкнул дверь. Едва он сделал шаг внутрь, как замер.

Тесса лежала на спине на кровати, все еще в той одежде, что надела после душа. Ее голова свисала с края кровати, так что она смотрела на мир вверх тормашками, а кончики золотистых волос касались пола. Одна рука покоилась на животе, палец отбивал ритм в такт ее напеву, а другая была поднята, играя с силой в воздухе. Клубящаяся масса энергии, среди которой мерцали молнии, и…

Он шагнул в комнату и закрыл за собой дверь.

Влажный туман висел в воздухе, словно в комнате вот-вот пойдет дождь.

А она все лежала и тихонько напевала.

Напевала эту дурацкую песню «Декрет Откровения».

— Тесса, — произнес он резко.

Приказ, который обычно заставлял ее замирать, но на этот раз ничего не произошло. Она даже не моргнула, не вздрогнула.

— Тесса, — попробовал он снова. — Внизу идет обсуждение, в котором ты должна участвовать. Есть информация, которую ты имеешь право знать.

Она по-прежнему не обращала на него внимания, а буря в ее руке разрасталась. Лука никогда еще не чувствовал себя настолько беспомощным. Он — внук бога войны и мужества. И он не знал, как смириться с поражением. Но именно это он и ощущал, пересекая комнату и опускаясь на пол.

Он запрокинул голову, прислонившись к кровати рядом с ней, и слушал ее напев. Как бы он ни ненавидел это признавать, все его существо слегка расслабилось. Просто находиться рядом с ней было сродни затяжке листа магвуда. Была ли тому виной связь, в которую его втянули, или что-то еще, он не знал. Но в данный момент Лука позволил себе насладиться этим мгновением покоя. Сегодня ночью все изменится навсегда. И он эгоистично хотел урвать этот последний кусочек тишины.

Лука не хотел думать о том, как провалился в своем долге Хранителя. Не было другого слова для этого: его Подопечная с распростертыми объятиями принимала собственное разрушение. Не хотел думать о том, как на краткий миг у него было все: семья, принятие, любовь. Не хотел думать, как быстро все это рассыпалось, и обо всех противоречивых чувствах, которые с этим пришли.

О том, как он поддался ярости.

О неконтролируемом безрассудстве.

— Я не знаю, как нам оправиться после этого, — произнес он, закрывая глаза.

Она не прекращала напевать. Но он знал, что она слушает. Лука и сам не понимал, что говорит и зачем. Наверное, потому, что два самых близких друга, с которыми он привык разговаривать, сейчас не были рядом. И кроме них у него больше никого не было.

«Быть внуками богов — это клуб для одиночек. Но нам больше не обязательно быть одними».

Ее слова, сказанные в те дни, которые теперь казались целой жизнью назад. Они пронеслись в его сознании, и в его груди защемило от воспоминаний.

— Мы отправляемся в новый мир, Тесса. И у нас там не будет никого, кроме друг друга, — произнес он в тишину комнаты, по-прежнему не открывая глаз. — Я не знаю, как это будет выглядеть. Не знаю, как нам жить дальше после всех предательств, с которыми мы столкнулись здесь.

В конечном счете именно это он и чувствовал. Предательство со стороны Тессы. Уже в тысячный раз. Но он ощущал себя преданным и Теоном.

Как тот мог подумать, что сможет просто уйти от него после десятилетий, прожитых бок о бок, когда они выживали вместе?