Книга Вторжение Роя, страница 61 – Андрей Uknown Ефремов

— С драйдами и Великим Лесом, — злобно прошипел Трайт.

— Как? И вы тоже? — удивился я.

— На Альвии у всех народов только один враг, и имя ему — Драйдекс, — ответил царь тритонов. — Вижу, что ты уже успел пообщаться с сухопутными народами Альвии. Мы потеряли с ними связь практически сразу после совместной атаки на Драйдекса. Как обстоят дела на поверхности?

— Довольно паршиво, — ответил я. — Вся территория материка поделена на сектора и сегменты, связи между которыми практически нет. Все народы Альвии изолированы друг от друга и находятся в состоянии постоянного давления со стороны Великого Леса. Драйды похищают разумных, выкачивают из них жизненные силы и передают их Драйдексу, отчего тот с каждым днём становится чуточку сильнее. Но почему вы не выходите на контакт с жителями поверхности? Я уверен, что существуют поселения рядом с морем.

— Не всё так просто, посланник Хаоса, — грустно произнёс Трайт. — Альвария находится в чуть менее плачевном положении, чем сухопутные народы, но до былого величия нам очень далеко. Вскоре ты всё увидишь своими глазами.

В этот момент мы уже плыли по широкому тоннелю, который умельцы Альварии облагородили и нанесли множество фресок с изображением различных сцен из истории своей цивилизации. Были тут и сцены всеобщей атаки на Драйдекса. Ну что сказать, если всё происходило именно так, как изображено на фреске, то баталия должна была быть невероятно эпичной. Я даже задержался возле наиболее эффектной картины, где запечатлена огромнейшая армия, не меньше нескольких десятков миллионов разумных, которая взяла в кольцо исполинское первородное, белоснежное древо, вершина которого по всем законам должна была оканчиваться в космической пустоте.

Было видно, что древо повреждено. Множество толстенных ветвей обломано. Их словно выжрали изнутри термиты или какие-нибудь другие древоточцы. Не знаю как, но художнику удалось изобразить боль первородного древа, я практически мог ощущать, как оно умирает.

На фоне этого невероятного гиганта угадывалась фигура Драйдекса. Муравьиная морда с монструозными жвалами, которыми он, судя по всему, и перегрызал ослабленные ветви первородного древа, продолжалась телом кузнечика, с множеством острейших, пилообразных конечностей. От Драйдекса исходили волны смертоносной магии, которые буквально испаряли накатывающих на него воителей тысячами. Жуть какая. И вот эту тварь надо завалить? Да если мне не врут глаза, она размером как минимум с восемнадцатиэтажный дом.

— Пока создатель не решил уничтожить своё творение, Драйдекс был стражем этого мира, — заметив мою заминку, проговорил Трайт. — Он ухаживал за первородным древом, отсекал мёртвые ветви, исцелял больные, но однажды создатель решил, что этот мир должен умереть, чтобы дать жизнь новому творению. Самолично уничтожить тщательно взращиваемый мир создатель не захотел, ну или не мог, это нам неведомо. Он поручил это дело Драйдексу. Вместо того чтобы ухаживать за древом, Драйдекс стал его уничтожать. Страж породил сотни трутней, которые начали пожирать первородное древо изнутри, а когда защита ветвей слабела, он довершал начатое. Дети создателя воспротивились воле своего родителя. Они отринули разногласия и совместным, неожиданным ударом смогли низвергнуть создателя. Кто-то считает, что они пленили его, кто-то — что убили, кто-то — что прогнали и лишили возможности вернуться. Истина известна только детям создателя, которые объявили себя богами Э́стери. Но законы этого мира поменять они не могли, и собственноручно уничтожить Драйдекса и другие сущности, уничтожающие основы Э́стери, они были не в силах. И тогда они поручили эту миссию смертным.