Книга Алый шторм, страница 124 – Андрей Uknown Ефремов

Следующим этапом стало массовое подключение пользователей к коллективному сознанию, ну или великое пробуждение, как его называли сами симбионты. По мере роста количества осознавших себя симбионтов, из которых предварительно выкачали и переработали информацию, энергетическое поле удалось распространить на всю фотосферу звезды, и миллионы симбионтов разом обрели сознание.

Самое интересное, что опытные симбионты, вернувшиеся домой после перенастройки излучений звезды, значительно отличались от молодых, никогда не покидавших родную фотосферу. Ген древних дал лишь толчок для формирования разума, который у опытных сформировался за счёт личностных особенностей десятков или даже сотен носителей, в телах которых они побывали, а у молодых — за счёт общей базы знаний. Думаю, не стоит упоминать, что управлять молодыми оказалось намного проще, а внутри фотосферы родной звезды в момент обретения разума их было большинство.

Деятельные симбионты, опираясь на весьма внушительную базу знаний, накопленную за период бессознательности их вида, создали систему интерфейса, которая будет облегчать взаимодействие с носителями и попутно подстёгивать развитие всей цивилизации. Ведь от степени технического прогресса расы носителя зависит ценность и количество поступающей в общую базу данных информации.

Но такую помощь пришлось резко ограничить, когда при содействии симбионтов в галактике вспыхнуло несколько серьёзных конфликтов. Тогда и были введены ограничения предоставляемых данных и количество одномоментно находящихся внутри расы симбионтов. После очередного посещения родной звезды симбионты стали не способны передать лишнюю информацию, даже если сами этого захотят. При малейшей попытке нарушить закон хранителей знаний симбионт погрузится в состояние гибернации до момента возвращения домой. Этот закон намертво вмурован в энергоструктуру каждого симбионта.

Вопрос с добытой информацией решался очень просто. Все возвращающиеся в состоянии гибернации симбионты попадали в закрытую часть базы данных, где их память анализировали хранители и выкладывали в общий доступ лишь то, что считали нужным.

Но случались и исключения. Те симбионты, что сталкивались с носителем гена древних, при возвращении домой получали полный доступ ко всей базе знаний. Помешать этому руководство расы никак не могло, и таким соплеменникам быстро промывали мозги и назначали новыми хранителями знаний. Как правило, это предавалось широкой огласке, мол, работайте на благо вида и когда-нибудь и вы дорастёте до повышения статуса.

Гены древних у носителей встречались редко, и уловить хоть какую-то систему в обнаружении этого феномена не получалось, но сам факт невозможности контролировать ситуацию изрядно бесил хранителей. Тогда они создали систему раннего обнаружения таких опасных симбионтов и отлавливали их до того момента, как они попадут в родную фотосферу. А потом и вовсе разработали технологию, которая искусственно поддерживает симбионта в состоянии гибернации, чтобы изолировать таких соплеменников. Ведь чем больше посвящённых в тайну, тем больше шанс утечки информации.

Именно это и сгубило хранителей, а вместе с ними и почти полностью уничтожило расу симбионтов, как и почти всю разумную жизнь в нашей галактике. Ведь именно опираясь на эту информацию, разглашённую болтливым симбионтом, далёкие предки Нейросов узнали, что возможно поместить своих помощников в состояние искусственной гибернации, и благодаря физиологическим особенностям расы смогли это реализовать.