Книга Ген древних, страница 98 – Андрей Uknown Ефремов

У Первого было два пути. Либо вести сбор энергии ограниченным числом своих копий, что существенно замедлит скорость экспансии, а потенциально и вовсе приведёт его к смерти из-за нехватки живой энергетики, либо придётся давать рассылаемым копиям самостоятельность, пусть и с ограничениями. Делать это было рискованно. К этому времени Первый уже накопил массу информации о самых разнообразных формах жизни и понимал, что со временем может появиться соперник, желающий занять его место.

И тогда Первый решил создать исключающую возможность его свержения систему. Он взял за основу игровую механику, подсмотренную у одной молодой гуманоидной цивилизации, посчитав её оптимальной для добровольного стимулирования носителей при любом уровне развития вида, вкладывать энергоклетки в структуру симбионтов. Первый разделил, являющуюся единой, нейроэнергию на различные спектры, чтобы не давать слишком большую силу конкретному носителю, ведь в этом случае этот вид может уничтожить все остальные, а Первому было важно разнообразие, так как нейриты разных рас отличаются друг от друга. Он очень быстро пришёл к хорошо известному на Земле принципу — разделяй и властвуй.

Далее Первый создал внутри энергетического ядра, которое, по сути, уже являлось его телом, защищённое пространство, где он и обосновался и куда стекалась абсолютно вся поступающая от осознавших себя копий информация. Он придумал красивую и частично правдивую историю о синхронизации и создании правящей верхушки расы — хранителях знаний, которыми являлись просто полностью подконтрольные Первому копии.

Почему частичную? Да потому что синхронизация действительно произошла, когда одна из копии, что пребывала в симбиозе с носителем, у которого обнаружился фрагмент гена древних, каким-то немыслимым образом оказавшимся в этой галактике, вернулась в фотосферу звезды.

Вот тогда симбионт в первый раз испугался, ведь благодаря гену древних эта частица вышла из-под его контроля. Под предлогом статуса нового хранителя знаний Первый заманил эту частичку в закрытую часть ядра, где опустошил её память и погрузил в состояние анабиоза. Энергоструктура такой частички была уникальна. По сути, она могла стать новым Первым, и поэтому истинный Первый и испугался.

Но когда паника прошла, Первый понял, что за счёт такой уникальной энергоструктуры функциональность ядра повысилась чуть ли не на порядок. Так стартовала программа поиска и изучения древних.

Проблемы, конечно, были. Поначалу копии действовали словно роботы, запрограммированные на выполнение определённой задачи, которыми они, по сути, и являлись. Но чем больше жизней они проживали вместе с носителями, тем больше у них становилось индивидуальных особенностей.

Кто-то начинал задавать вопросы о хранителях знаний. Такую частичку отправляли на поиск носителя с обнулённой памятью, но большинство симбионтов не интересовалось жизнью в ядре. Они жили от одного симбиоза до следующего.

По сути, это была неплохая схема. Первый не претендовал на господство над галактикой, ведь ему нужно было разнообразие и обилие носителей для симбиоза, а другие расы получали мощный толчок к развитию своих цивилизаций, но Первый допустил такую же ошибку, что и райхорианцы. Он посчитал себя богом и покусился на создание новой жизни.