Книга Возрождение. Часть 1, страница 137 – Андрей Uknown Ефремов

— А что случается с теми, кто завалил ваш тест? — сглотнув образовавшийся ком, всё же решил спросить я.

— Они становятся нашими оболочками, — как мне кажется равнодушно, ответил Моргул.

— Оболочками? Что это значит? Они умирают?

— Не совсем. В этом случае душа слабых разумных, что пожелали стать драконьими всадниками, как бы засыпает, и мы можем внедрить свое сознание в такую оболочку, чтобы жить среди эльфов. Драконы могут жить очень долго и в спокойные времена предпочитают подолгу спать. Во время сна мы подключаемся к нашим оболочкам, у кого они есть, естественно, и можем свободно изучать мир, не привлекая к себе лишнего внимания. Статус драконьего всадника был очень почётен в королевстве Вудстоун, и перед нами открывались почти все двери.

— И многие тёмные эльфы проходили эту проверку? — с подозрением прищурив глаза, спросил у друга я.

— В среднем один из десяти, — ошарашил меня такой новостью друг. — Среди эльфов было правило, что претендент на такую ответственную роль должен быть молод, чтобы максимально долго ухаживать и заботиться о своём драконе. А молодость и контроль над своими желаниями практически несовместимы.

— И что, никто не заметил, что поведение эльфов изменилось? Вот не поверю, что среди претендентов не было родовитых эльфов.

— Были, конечно, — фыркнул Моргул, — но в нашем распоряжении была память эльфа, а за долгие тысячи лет мы научились в совершенстве имитировать поведенческие особенности того или иного всадника. Но мы пустили слухи, что как только дракон примет своего наездника, тот может измениться.

— И что, даже правящая династия эльфов была не в курсе ваших махинаций? — усомнился я.

— Нет, и пусть это и впредь останется тайной, Олег, — очень серьёзно проговорил Моргул. — Мы дали клятву системе защищать династию Эль, но предпочитаем делать это по-своему.

— А что происходит с душой оболочки после смерти драконьего всадника? — перед принятием такого важного решения стоит прояснить этот момент.

— То же самое, что и после смерти любого разумного, — спокойно ответил Моргул. — Душа продолжает свой путь.

— Хорошо, я сохраню вашу тайну. Когда мне придётся покинуть Асдар, я буду знать, что Ани останется под твоей защитой, и мне будет намного спокойнее.

— Обещаю, пока я жив, с королевой ничего не случится, — поставил точку в этом странном разговоре Моргул. — Мне нужно минут десять на восстановление, потом можно продолжить путь, до сердца мира осталось не так далеко.

Открыв глаза, обнаружил пристально наблюдающую за мной Ани. Девушка не могла слышать нашей ментальной беседы, но она была в курсе о возможности вести беседу таким образом и сейчас пыталась понять, о чём мы говорили с драконом. Я понял это, считав её эмоции. Частое применение кражи жизни постоянно активировало эмпатию, и сейчас девушка испытывает жгучее любопытство.

— Небольшой привал на десять минут, и продолжаем путь, — не выказав своей осведомлённости об испытываемых королевой эмоциях, сообщил я и перевёл взгляд на собирающихся возле подножия нароста мобов.

Мы остановились где-то в середине восьмого уровня, и монстры здесь оказались весьма агрессивными. Для экономии энергии пришлось отключить покров тьмы, и наша позиция хорошо видна со всех сторон. Не думаю, что в течение десяти минут у нас возникнут проблемы. Поблизости не видно мобов с дистанционным типом урона, а сбросить с уступа карабкающихся к нам тварей не составит особого труда.