Книга Отступник, страница 17 – Андрей Uknown Ефремов

Подколол меня искин. «Тогда рассказывай, что можешь», — не стал спорить с железякой я.

— Рекомендую принять сидячее положение. Первая активация интерфейса дополненной реальности может быть весьма неприятной.

«Обожди», — попросил ассистента я. Мой рюкзак так и валялся у стены. Скоротечный бой с альфой ему не навредил. Содрав с тела остатки футболки, извлёк запасную, а потом, немного подумав, сменил и заляпанные кровью и прожжённые в нескольких местах камуфлированные штаны.

Сёрчер я опытный, сменную одежду привык таскать давно. Мало ли чем извазюкаешься, а у нечисти нюх острый. Легче пару лишних тряпок с собой таскать, чем потом от какой-нибудь сильной твари несколько километров улепётывать. И ведь не отстанет, пока Очаг не покинешь. И ладно ещё если лето на дворе, а то прыгнешь так пару раз в сугроб с голым задом, мало не покажется. Одежду-то зимнюю приходится в укромном месте прятать, когда в Очаг заходишь, а оружие нормальное и вовсе за пределами аномальной зоны оставлять, нечисть порох за несколько километров чует.

Устроившись на своём рюкзаке у той же стены, я скомандовал ассистенту: «Приступай».

— Во время активации интерфейса дополненной реальности ты можешь ощущать дискомфорт, боль, оптические иллюзии, приступ панической атаки и другие симптомы. Таким образом интерфейс дополненной реальности подключается к твоей нервной системе. У меня всё под контролем, главное — сохранять спокойствие и оставаться на одном месте. Ориентировочное время активации — пять минут.

«Да хорош уже языком трепать, действуй, после того как со мной поработал твой эттерниум, мне уже ничего не страшно», — мысленно прошипел я. Меня и раньше-то было чертовски сложно назвать приветливым человеком, а сейчас вообще что-то выгорело в душе. Такой лютый холод появился, что самому не по себе становится, но одно я понял очень отчётливо: теперь у меня появился шанс не просто выживать и словно послушный пес таскать святошам гемы, а свершить свою месть. Отступник, говорите? Вне закона? Можно карать за любую провинность без суда и следствия? Ну-ну. Вы у меня, гниды, за всё ответите. За каждый шрам на моём теле, за каждый удар плетью у позорного столба, я взыщу долг с каждого, а там и до тварей доберусь, на них тоже долг крови.

Всё моё тело охватила дрожь. Вначале я принял её за приступ ярости, что со мной иногда случалось, но сознание было на удивление ясным, холодным, расчётливым. Следом за дрожью я ощутил нарастающее покалывание. Создавалось впечатление, что некто невидимый пронзает кожу тысячами маленьких иголочек. Волна такой боли прошлась от кончиков пальцев ног до головы, потом я ощутил настолько сильную вонь серы, что инстинкты тут же взвыли. Такого мне испытывать ещё не приходилось никогда в жизни. Столь сильная реакция может быть только на старших демонов или вообще на архидемона, но, к счастью, быстро вспомнил слова ассистента о нереальности своих ощущений и успокоился. Интерфейс просто добрался до обонятельного центра.

А потом в комнату вошёл Лёха. Друг выглядел ужасно. На лице живого места нет, а череп проломлен. Именно таким его нашли в туалете монастыря в ту ночь, когда я вышел на волю, настоятель показал мне фотографию. Все знали, что это дело рук Слона, который решил отыграться на Лёхе, когда понял, что не сможет добраться до меня, но свидетелей не нашлось… Ссыкуны чёртовы, ненавижу! За головой Слона я приду в первую очередь. Пробовал убить отморозка уже дважды и еле жив остался. Святоши меня так розгами выпороли, что вся спина в один огромный шрам превратилась, но не убили. Фартовый я, таскаю в Ковчег гемы, причём сдаю раза в три больше полагающейся отступникам нормы, а это дорогого стоит.