Книга Наследник Темного Клана 5, страница 106 – Евгений Ренгач

Ответом ему был нестройный рёв его людей. Они все были верны главе семьи и готовы за него умереть. С оружием и боевыми артефактами в руках, они выбегали из дома, пылающих мастерских и подсобных помещений и тут же кидались в бой в попытке задержать прорвавшегося врага.

Мы с Максимом тоже бросились к выходу, но Степан Аркадьевич поймал нас на половине пути.

— Максим! Марк! Стойте. — Голос старого артефактора трещал от напряжения, но взгляд оставался ясным, а лицо спокойным. — Не дайте панике завладеть вами. Мы успеем вступить в бой. Но сначала нужно понять…

— Понять что⁈ — рявкнул я. Ярость застилала мне глаза. Всё, чего я хотел — это увидеть, какого цвета у Воробья кровь. А ещё лучше — на практике проверить, сколько он протянет с отрубленной головой. — Я не собираюсь здесь прохлаждаться!

— Понять, с чем мы имеем дело. Всё совсем не так просто, как кажется…

Усилием воли я заставил себя повернуться к окну. Передо мной открылось страшное зрелище.

Мастерские пылали, мощнейшая артефактная защита трещала и разваливалась, не справляясь с крушащей её энергией, а бойцы Богатырёвых, смелые и отлично подготовленные парни, умирали, не успев даже вступить в бой.

Воробей устроил во дворе дома настоящую бойню. Во все стороны разлетались волны энергии, фонтанами била кровь. Перед окном пролетела отрубленная рука. Для этого ублюдка не было ничего святого!

Я не мог поверить собственным глазам. Атаковать посреди дня, пытаться в одиночку победить толпу далеко не самых слабых артефакторов — это было слишком даже для Воробья! Нет, я знал, что этот субъект отличается особой наглостью, но не ожидал, что он решится на открытый штурм, к тому же такого хорошо защищённого места, как фамильный особняк Богатырёвых. Сунуться сюда — это фактически подписать себе смертный приговор.

Это и настораживало. О Воробье я знал не так уж много, но точно успел понять одно обстоятельство — он не был идиотом. Даже наоборот. Каждый раз, когда обстоятельства зажимали его в угол, он находил изящный выход. У него всегда был план. И он никогда бы не сунулся в дом Богатырёвых, как следует не подготовившись.

Я выдохнул, пытаясь сдержать ярость, и сосредоточился. Теперь, когда я внимательно вглядывался в хаотичное движение разворачивающейся во дворе драки, происходящее начинало обретать смысл.

— Сожри тебя дракон!

Мастерские Богатырёвых, ещё совсем недавно идеально вычищенные, с сияющими верстаками и инструментами, сейчас были затянуты густым дымом. Огонь жадно пожирал новейшее оборудование, рискуя переброситься на особняк, и только противопожарные артефакты не позволяли ему это сделать.

Вой сигнальных сирен, едкий дым и запах копоти служили Воробью надёжным прикрытием. Словно танк, он шёл вперёд, расшвыривая бойцов Богатырёвых пачками. От него разило невообразимой мощью.

Резкое движение вперёд — и его рука насквозь пронзила защищённый бронёй корпус бородатого кузнеца.

Быстрый оборот вокруг своей оси, и пробуждённый особой техникой ураган сносит сразу трёх соперников, попутно разрушая случайно подвернувшийся ему на пути сарай.

Взмах руки — и боевой артефакт в руках одного из людей Богатырёвых, нацеленный ему прямо в грудь, разваливается на куски.

Это был страшный бой. Быстрый и кровавый. Но люди Степана Аркадьевича бились как могли. И не без успеха!