Книга Вера стада, страница 38 – Джеймс С. А. Кори

— Заложив и погубив вас, я совершу те самые грехи, за которые вас презираю.

— Да, – сказал Дафид.

Ее улыбка, зародившись в глазах, перетекла на лицо. И когда она взглянула на него, в ее взгляде был свет, какого он не видел прежде. Может быть, от страстного желания.

— Вот она, – сказала Ууя Томос, ткнув Дафида его же указательным пальцем под ложечку. – Теперь я вижу Дори.

Джессин по капле цедила жидкость с нижнего края стеклянных панелей. Та имела затхлый, острый запах, присущий лечебным отварам и желудям. Она процарапала черту на стенке чашечки, а когда жидкость дошла до метки, закрыла сток и бросила в чашку счетчик молярности. Пока шел подсчет, она подлила в маленькую ферму дистиллированной воды с глюкозой и подсыпала микроэлементы. Поразительно, сколько разных биомов радуются глюкозе! Ее молекулы дружелюбней других, вот в чем дело. Она услышала цокот ног рак-хунда и влажную, хлюпающую речь синена за миг до того, как полуразум начал переводить.

— Зачем ты на корабле? Ты работаешь не здесь.

Третий Садовник стоял в дверях, впившись в нее продолговатыми зрачками.

— Просто пополняла запасы, – сказала Джессин.

— Ты нуждаешься в дополнительных запасах?

В вопросе синена крылась ловушка. Джессин не сомневалась, что существует некая кривая соотношения ценности, извлекаемой из нее карриксами, и затрат на извлечение этой ценности. Каково ее место на кривой, Джессин не знала, но знала, что будет, если она с нее сорвется.

— Нет, – ответила она. – Того, что есть, достаточно.

Синен пробурчал что-то невнятное либо предназначенное не ей и заковылял прочь. Джессин выпила свое лекарство. Откровенно говоря, вкус был мерзким, но она уже начала его любить.

Дворик, образованный стоящими кораблями, кишел учеными разных видов. Их ноги, лапы и ложноножки истоптали землю, перемололи местную растительность. Из людей, кроме Джессин, были седовласая женщина и сравнительно молодой мужчина, в котором она узнала потерявшего планшет геолога. Джессин задержалась, оглядывая скопление странных тел в поисках еще одного человека, но его там не было. Седая женщина встретилась с ней глазами и приветственно кивнула.

— Как работается в поле? – спросила она.

— Ну, меня пока что не подстрелили и не взорвали, – ответила Джессин. – И на том спасибо.

— Молодец, – кивнула женщина. – Продолжай в том же духе.

Джессин двинулась дальше. Последнее время ей делалось не по себе рядом с другими людьми. Не со всеми, а со всеми остальными.

Дорога к полувыгоревшему саду пролегала через невысокие пологие холмы. Она делала широкие шаги; рюкзак с планшетом, полуразумом и набором для взятия образцов колотил по бедрам. Руины города справа от нее выглядели очень древними. Возможно, это был обман зрения. Кто-то жил здесь недавно – так же, как она жила на Анджиине. А потом их жизнь кончилась, так же, как ее жизнь и все, чего она от ожидала от этой жизни. Война старит все, будто время и насилие – одно и то же вещество в разных концентрациях.

Попадавшиеся по пути травы и аналоги растений были знакомыми и в то же время незнакомыми. Одно широколистное, другое узколистное – каждое приспосабливается к своей нише в вечной борьбе за свет и питание. Ноги приятно гудели от ходьбы, небо над головой казалось бесконечно высоким. Прекрасный был бы денек – в других обстоятельствах.