Книга Лом 1, страница 8 – Павел Казаков

— Да. У меня отклонение. Я очень плохо переношу боль, мои аналитические способности снижаются во время получения травм.

— Тебя же должны были учить купировать боль. Особенно, если речь идёт о конечности.

— Я не научился делать это быстро, — принц задумчиво поводил перед собой оставшимся сегментом передней конечности. — И я никогда не был в реальном бою.

— Могу ли я в такие моменты брать командование на себя?

— Только с моего разрешения. Но я буду его давать. Я согласен, что в бою ты ориентируешься лучше. По умолчанию главный я, но я могу передать командование тебе.

— Спасибо, Гамма.

— Как тебя зовут, Сигма? Я думаю, хватит по названию каст общаться. Из нашей многомиллионной семьи здесь только мы двое. Я хочу знать, как тебя зовут.

— Имя или прозвище?

— Мне не очень интересен этот неповторимый и плохо произносимый набор букв и цифр, под которым ты зарегистрирован во всех базах данных. Прозвище. Мне интересно прозвище. Как тебя прозвали в детстве и за что?

— Лом Пронзающий Стены, — немного смутившись произнёс я.

— Как интересно? Назвали за что-то или просто так?

— Мы получили на тренировке задание пробить стену. Подразумевалось, что мы должны это делать когтями, но у меня они ещё были относительно мягкими, поэтому я взял лом и пробил им дыру быстрее всех. Тренера это повеселило, и он дал мне это прозвище, — вкратце рассказал я историю из очень-очень далёкого детства.

Я тоже хотел узнать у принца его личное имя, но этот вопрос был личный, и не мне спрашивать его у принца. Захочет — сам скажет.

Принц легко считал мой интерес по движению усов.

— Меня зовут Весёлый Кирпич.

Я не смог сдержать удивлённого пощёлкивания.

— Не смейся… Так и зовут. Ну, или смейся. Но никому не говори и не спрашивай, как я получил это имя.

— Хорошо, Весёлый Кирпич!

— Лом, по имени меня тоже запрещаю называть!

— Я понял, Гамма!

Принц ещё какое-то время расспрашивал меня о жизни, о боевых операциях, о том, что я чувствую, когда одно из тел умирает. Ему было интересно всё. Особенно он проявил интерес к истории, когда наш десантный бот взорвали и я потерял сразу пять тел из шести (одно тело летело в другом боте). Что я тогда чувствовал? Как было воевать, когда одно тело «опытное», а другие только из инкубатора? Принца всё это очень интересовало. Также принц поделился со мной, что каждый раз нервничает, когда надо менять тело. Ну, да, получается, он занимает одно тело, а я шесть, причём я свои периодически теряю, так что у меня введение в строй нового тела уже полностью отработанная процедура, а у него это редкость. Также принц не знал, насколько далеко могут разойтись мои тела, чтобы я мог их свободно контролировать. Тут я его удивил, сказав, что в рамках планеты не испытываю трудностей с контролем тел. Нет таких экранов, которые бы препятствовали моему управлению телами в любой точке планеты. Опыта, как ими управлять, когда одно из тел покидает планету, у меня не было.

Я же с вопросами не лез, понимая, что, во-первых, мы на совершенно разных кастовых уровнях и субординацию никто не отменял, а во-вторых, аналитику нужна любая информация. Это поможет ему принять правильное решение. Поэтому пусть спрашивает, моё дело отвечать.

Так за разговорами мы приблизились к орбите третьей планеты.