Книга Маугли 4, страница 97 – Павел Казаков

Идём дальше. Почему я пошёл на разборки с Миком? Почему просто не покинул посёлок? Острое чувство несправедливости. В чём несправедливость? Я задумался. Люди убивают людей? Не в этом дело. Одни сильнее, другие слабее? Тоже не совсем то. Людьми манипулируют? Близко, но тоже не то.

Мик контролировал толпу, разжигая в ней ненависть к высшим и ослабляя чувство самосохранения. Усиливал одни эмоции и мысли, подавлял другие. Тоже самое можно сделать в обычном общении. Если кто-то жалуется, можно его пожалеть, можно поругать того, кто обидел, можно попробовать подбодрить. Даже если обиженный человек испытает облегчение после разговора, оно будет чем-то окрашено. Либо признанием того факта, что не все в жизни победители, либо признанием того, что если бы не тот урод, то всё бы получилось, либо пониманием, что сам виноват, но в другой раз получится, если нормально сделать работу над ошибками. Либо сам виноват, либо кто-то виноват, либо жизнь такая — варианты разные. То есть сместить акценты и настроить человека на что-то можно и без всякой телепатии. Меня это раздражает, но безумного гнева не вызывает. Почему меня взбесил Мик и устроенная им бойня? Кроме всех эмоций, которые вызывали убитые и покалеченные, было что-то ещё.

Что? Я задумался, прокручивая в уме снова и снова относительно недавние события. Наконец, я вычленил, что вызывало у меня какую-то абсолютную ненависть — скрытое вмешательство в разум.

Это отличается от обычного общения, где человеком пытаются манипулировать. В обычном общении, как в фехтовании: почувствовал себя униженным, обиженным или если в тебе пробудили какие-то «не те» эмоции — это просто результат плохих навыков общения, таких как наблюдательность, скорость мышления или общая сообразительность. А вот когда кто-то в обход твоего сознания подключается к твоему мышлению и начинает закладывать туда свои идеи, не давая тебе даже малейшего шанса их осмыслить или оспорить, это вызывало во мне непримиримое отторжение. Непримиримое настолько, что едва поняв, как здесь устроены дела, я тут же записал себя во враги высших и не испытываю к ним никакой жалости.

Да! Самая сильная моя негативная эмоция — ненависть. И возникает она, когда кто-то влезает в чужой разум без спроса, тайно и подло. В мой разум или в разум другого человека — ненависть к таким людям примерно одинаковая.

Ну что ж, интересно это за собой заметить.

Рассуждаем дальше… Раз я сходу взял тело мечника, раз я имею навыки рукопашного боя и фехтования, понимаю принципы работы стрелкового оружия, как лучевого, так и кинетического, то нет смысла врать себе и говорить, что я не приемлю насилие. Очень даже приемлю. А у таких людей, если они не полные безумцы, должен быть враг. И после короткого анализа моей, не такой уж долгой жизни на этой планете, я могу сказать, что для меня всегда будут врагами те, кто лезет в голову, не спрашивая разрешения.

С негативными эмоциями определились. А что с позитивными? Что у меня вызывает хорошие эмоции? Ответ появился почти мгновенно и нельзя сказать, что он меня удивил. Девушка со странным именем-прозвищем Колючка. Я должен её найти. Эта мысль наконец оформилась в цель. Это не кому-то надо, чтобы я её нашёл, — это надо именно мне. С ней мне хорошо. И ещё пришла мысль, что рядом с ней я не хочу убивать. Странная мысль. А без неё хочу? Без неё мне… плевать. Если целесообразнее кого-то отправить в бестелесной форме в межзвёздное пространство, то никаких проблем. Насчёт «окончательной смерти» я вообще не уверен, что это возможно. То, что я делаю своей Очисткой, это именно очистка и есть: материя очищается от жизни или жизнь от материи. Жизнь, испытав от этого шок, оказывается где-то далеко. Вот и не могут их найти. Я не чувствовал, что уничтожаю кого-то, тем более настолько абсолютно, как этого боится Клео. Но технически результат применения моей способности мало отличается от самой что ни на есть смерти. В общем, рядом с Колючкой мне лучше и я лучше. Хотя я очень мало помнил о ней, я был в этом уверен.