Книга Маугли 2. В поисках выхода, страница 36 – Павел Казаков

Даже отчётливый запах дерьма не вызвал бы у меня никаких негативных эмоций. Но когда источником этого запаха являешься ты сам, то жизнь выглядит очень печальной.

Посмотрев Восприятием, я лишь подтвердил свои худшие подозрения. Мой кишечник явил миру своё содержимое, штаны при этом остались на мне. Ужасно.

Сканирование тела никакой особой информации не дало. Проверил руку. А вот тут были странности. В местах, где соединялись обломки костей теперь была не кровавая кашица, а более плотная ткань. Не кость, но и не кровь. Что-то типа соединительной ткани. Рука болела, но не сильно. Очевидно, что регенерация проходит весьма успешно. Я постарался тихо встать, чтобы не разбудить Крапиву. Вроде, получилось. Судя по положению солнца, сейчас раннее утро.

Я прокрался мимо Крапивы в дом, взял чистые трусы и штаны и пошёл к ручью. Спустившись, к воде, я начал раздеваться. Одной рукой снимать с себя вещи было очень неудобно. Собственно, всё, что происходило потом, тоже было очень неудобно. Я помылся в ледяной воде, потом кое-как постирал вещи, потом вылез на берег и оделся. Действия простые, но без помощи правой руки превращаются в продвинутые гимнастические упражнения. Для человека, умудрившемуся за один день дважды выполнить норматив мастера спорта по глупости, эти сложности — достойная награда.

Наверх я поднялся замёрзший и злой.

— Юный прекрасный рыцарь, не поведаете ли симпатичной девушке, что за недуг случился с вами намедни, — меня встретил звонкий весёлый голос.

— Вчера был день экспериментов. Ты наблюдала результат одного из них. Не самый удачный, кстати, результат. Расскажи хоть, что было вчера?

— Я после очередного погружения в недавнее, очень, кстати сказать, интересное прошлое, подошла крыльцу и увидела тебя, храпящего и пускающего слюни. Ну, и не только слюни ты пускал. Ты выпустил из себя всё, что можно выпустить, при этом спал и не просыпался, несмотря на мои попытки тебя разбудить. Сильно тормошить тебя я не хотела, да и в доме такой источник вони помещать было бы неправильно. Я тебя подтащила сюда. Опасным твоё состояние не выглядело, ты просто спал и при этом громко храпел. Ночью было холодно, поэтому я развела рядом с тобой костёр, ну и сама тут устроилась, чтобы последить, вдруг, ты ещё какой эксперимент затеешь. А теперь ты расскажи, что было вчера?

— Я хотел подлечить руку, и, несмотря на ужасающие аэро-эффекты и репутационные потери, это удалось.

Я рассказал про то, как перед экспериментами с эндокринной системой пытался что-то сделать с нервной. Потом про попытки разбудить непонятно что. Собственно, и всё. Рассказ был недолгий.

— Ну, а с рукой в итоге что?

— Место перелома зарастает очень быстро.

— А какие-то ещё изменения есть?

— Не знаю. Придётся разбираться. Но теперь я буду очень осторожен.

— Насчёт «очень» ты соврал.

— Да? Это значит, я даже сам себе вру. Когда-нибудь надо подумать об этом. Ну а ты как? У тебя какие новости?

— Слушай, а у тебя только чай или ещё и кофе есть?

— Только чай.

— Тогда пошли в дом, ставь чай, а я расскажу, что там у меня, — отношение Крапивы ко мне заметно потеплело. Это радовало.

Мы пошли в дом. Только чай готовить пришлось самой Крапиве. Я со своей рукой больше мешался.

— В общем, я вспомнила с чего началось наше сотрудничество. Ты на моих глазах убил трёх человек, которые странным образом парализовали нашу волю. Но твою, видимо, не до конца, раз у них ничего не получилось. Вспомнила, как мы помирились, как ты топил трупы, как я покупала мешки. И вспомнила, что у меня тоже были способности. Примерно, как у тебя. Но сейчас их нет. Я не чувствую ничего такого. Потом не помню, как, но мы очутились в странном месте, где мне в мозги закладывали много всякой фигни. Собственно, именно всякие внушения на тему, что и как мне думать, что мне нравится, а что не нравится, я и вычищала до тех пор, пока не решила закончить. Затем пошла к дому, а там юный и красивый рыцарь…