Книга Маугли 2. В поисках выхода, страница 27 – Павел Казаков

В редкие моменты, когда девушка не хмурилась, её лицо становилось спокойным, и тогда я просто любовался ею. Всё проходило более-менее спокойно, но вдруг она прижала ладони к глазам и застонала. Потом стон перешёл чуть ли не в скуление. Девушка страдала. К сожалению, я никак не мог ей помочь. Будить её я считал неправильным. Сейчас она страдает, но при этом она избавляется от того воздействия, которому подверглась. Прекратить это сейчас — значит оставить её марионеткой внушений доктора Ри и компании.

Крапива упёрлась локтями в колени, всё также держа ладони прижатыми к глазам, и застыла в этой позе. Она всё ещё немного подвывала от боли, но уже не так сильно. Хотелось резать на куски тех, кто с ней это сделал. На мелкие кровоточащие кусочки. Одна часть меня очень стремилась помочь Крапиве и облегчить её страдания, другая хотела убивать и карать. Я специально отключил Восприятие, чтобы никаким образом не помешать Крапиве делать эту тяжёлую работу по наведению порядка в своей голове.

Наконец девушка убрала руки от головы, посидела молча немного, потом села прямо и открыла глаза. Ух ты! А это с непривычки выглядит страшно. Глаза были залиты кровью. Не просто полопавшиеся капилляры. Две красные слезинки скатились по щекам. Реально в глазах стояла кровь.

Девушка смотрела на меня, но не видела.

— Привет, — я не нашёл более подходящих слов.

Крапива сфокусировала на мне свои жуткие глаза и сказала:

— Привет. Давно тут сидишь?

— Около часа. Как всё приготовил, так и сижу. Пойдём есть?

— Да, надо поесть. А ты чего так на меня смотришь?

— Я видел в доме обломок зеркала, сейчас принесу, всё понятно будет.

Девушка тяжело поднялась из кресла и медленно пошла к дому. Я обогнал её, и, до того, как она зашла внутрь, вынес на крыльцо кусок зеркала в раме.

— Смотри на свету, там внутри темновато.

— Твою мать, — Крапива ограничилась простыми словами, увидев своё отражение, но умудрилась вложить в эту фразу целый букет эмоций.

— Добро пожаловать в клан вампиров. Со мной такая же фигня была. Это быстро проходит. Ну, относительно. Главное, что проходит.

— Это утешает, — было видно, что хотя красные глаза и впечатлили девушку, её мысли были где-то ещё. Неожиданно она повернулась ко мне и пристально посмотрела своими страшными глазами. — Когда ты вёз меня сюда, ты сказал, что убил за последний месяц тринадцать человек, но, когда рассказывал мне свою историю, рассказал только про семерых. Кто были эти остальные шесть?

Вопрос застал меня врасплох.

— Эээ… Не очень хорошие люди, скорее даже очень нехорошие люди… и даже не совсем люди… — начал неуверенно мямлить я, но потом собрался, — я специально не стал тебе этого рассказывать, так как вся моя история и так выглядит очень неправдоподобно, а дальше тем более. Поэтому я считаю, что ты должна сама всё вспомнить. Ну, или начать мне по-настоящему доверять, а это невозможно, если ты не вспомнишь хоть что-то. Давай поедим и заодно поговорим.

Наступили сумерки, а внутри дома было уже совсем темно. Я включил светодиодный светильник, подкинул несколько толстых веток в печку и стал сервировать наш первый совместный ужин с момента пребывания на базе «Удочка». Разложив еду, я поставил на печку котелок с водой под чай.

— Как тебе?

— Вкусно, — Крапива оставалась молчаливой и задумчивой.