Книга Новая жизнь, страница 57 – Юрий Киселев

— То есть после аудиенции я, вероятно, выживу… Что ж, госпожа, вы меня успокоили. С учётом того, что я и так планировал в ближайшем будущем попытаться добиться аудиенции у императора, всё сложилось как нельзя лучше — кто предупреждён, тот вооружён…

* * *

Багряное солнце бросало последние лучи уходящего дня на вершины древних деревьев густого леса и прозрачные купола скрывающихся в них зданий, играло бликами на протекающей спокойной неширокой речке и подсвечивало жёлто-оранжевым светом редкие облака на западе. На востоке быстро синеющий небосвод стремительно покрывался густой сетью звёзд. Природа, провожая уходящий день, замерла в ожидании новой, ночной жизни — даже ветер утих, не шелестя листьями замерших в тишине деревьев. Густой неподвижный воздух был наполнен ароматами свежести, прелой листвы и разнотравья — обычными в летнем вечернем лесу.

В наступающих сумерках приветливыми огоньками в густоте леса зажглась подсветка дорожек, проложенных между разбросанными по лесу зданиями. При более внимательном рассмотрении можно было заметить, что лес был настолько ухоженным, что больше походил на парк — не было ни больных деревьев, ни бурелома или сухостоя. Подлесок преимущественно окружал небольшие поляны, планово-хаотично распределённые по всей территории, и не препятствовал желающим сойти с ровных нешироких дорожек, дабы насладиться густой травой, сплошным ковром укрывающей землю. И пусть высокие густые деревья скрывали многочисленные выстроенные в этом лесопарке здания, заблудиться было нереально — на каждом перекрёстке многочисленных дорожек стояли указатели направления до ближайшего телепорта с привязкой к координатной сетке.

Старшая матриарх клана Камэни задумчиво вышагивала по извилистой, но ухоженной, выложенной плоским природным камнем тропинке под руку с высоким представительным мужчиной. После ужина в элитном ресторане они решили прогуляться, наслаждаясь свежим лесным воздухом, и продолжить начатый ещё в ресторане разговор:

— И что ты планируешь делать после академии?

— Пойду в имперский флот, мой сэнсэй советовал мне именно это.

— Сэнсэй — это тан Рур?

— Да, он не только заместитель ректора и мой преподаватель в академии, но и мой учитель по воинскому искусству. Сэнсэй — это учитель на языке тана Рура.

— Про твои успехи в академии я наслышана. А каков ты в бою?

— Не знаю, но тан Рур назначил меня одним из своих старших учеников. Он называет нас сэмпаями.

— Это высокое звание?

— Достаточно высокое. Оно означает, что я не только хорошо усваиваю воинское искусство, но и могу преподавать его другим ученикам. Фактически, тан Рур признал меня одним из своих заместителей в обучении учеников — я могу заменять его в его отсутствие.

— А набрать своих учеников и обучать их самостоятельно ты не хочешь?

— Я здраво оцениваю свои успехи. Хорошо я смотрюсь на фоне новичков, к которым отношу всех, кто не занимается в школе тана Рура. Неплохо я выгляжу также на фоне его бойцов, прозанимавшихся несколько сол. Однако для тана Рура я — такой же новичок, как и все остальные. До его уровня мне ещё расти и расти, если я вообще хоть когда-нибудь смогу сравняться с ним в воинском искусстве.

— Что, настолько хорош?

— Не то слово. Иногда мне кажется, что он вовсе не человек. Он рождён для войны и живёт в ней. Он готов к бою десять ри в ло, даже к спящему к нему невозможно подойти — он чувствует, когда к нему кто-то приближается, даже если делать это совершенно бесшумно. Врасплох его не застать — мы пробовали подкрадываться и со спины, и к спящему. Тан Рур говорит, что это чувство называется чувством опасности и постепенно, со временем вырабатывается у каждого воина, и что рано или поздно в процессе тренировок оно появится у всех нас. Тан Рур никогда нас не обманывал, но верится слабо. В общем, он настоящий воин, а мы пока — не слишком качественные копии с него.