Книга Новый дом, страница 158 – Юрий Киселев

— Что, новенький?

— Вроде того, — вежливо ответил Андрей.

— И тебе сразу дали ремонтировать эту рухлядь?

— А что с ней не так?

— Да всё не так. Уж кто только её не пытался ремонтировать — ничего не получается. До тебя в этой груде металлолома уже успели заменить всё, что можно было заменить — результат нулевой. Взлететь это корыто ещё удаётся заставить, но о том, чтобы выполнять учебные полёты — и речи быть не может. Давно пора было в утиль списать — вон даже наш главный техник не справилась, а она в этих челноках прекрасно разбирается, наизусть их знает, не первую сотню сол работает.

— Спасибо, теперь мне многое становится понятным, — вежливо поблагодарил Андрей, — а скажите, для теста я могу поднять этот челнок в воздух? Некоторые тесты не проходят на отключенном аппарате, их блокирует искин, необходимо получить одновременные показания с аппаратуры, работающей не в тестовом режиме, а под нагрузкой, а это возможно только в полёте.

— А вы умеете управлять челноком? — уже значительно более заинтересованным голосом спросила девушка.

— А что им управлять? Даже ребёнок сможет оседлать эту бешеную табуретку.

Силлана, видя, что на её мужчину открыли сезон охоты, подошла к Андрею и ласковым голосом спросила:

— Рур, дорогой, ты надолго? Если работы много, я могу принести тебе что-нибудь поесть — ты так и не пообедал сегодня…

— Спасибо, родная, сообрази что-нибудь. И себе тоже — вместе поедим. Похоже, я здесь надолго.

Силлана ушла. Дождавшись, пока за ней закроется дверь ангара, девушка-техник спросила:

— А это кто?

— Моя жена.

— Вы зарегистрированы?

— Нет, просто живём вместе.

— А она у вас первая или вторая?

— Она у меня одна.

— Ой, как интересно! А что вы делаете сегодня вечером? У меня как раз смена заканчивается…

— Сегодня вечером я ремонтирую эту гору металлолома.

— А завтра?

— Судя по данным искина, завтра я буду заниматься тем же самым, что и сегодня.

— Как жаль! Но как освободитесь — можете найти меня, я свободна. Меня, кстати, Милли зовут.

— Меня Рур.

— Я слышала. Удачи тебе, Рур! И не отчаивайся, если не удастся отремонтировать эту рухлядь.

— Удастся. Подожди, а как мне получить разрешение на взлёт?

— Нет ничего проще. Видишь, в стене рядом с выходом окошко дежурного оператора? Он же диспетчер, курирующий полёты. Все курсанты получают задания там. Объясни свою проблему, получи полётную карту и маршрут, а также свободный сектор полигона, и вперёд, мой капитан!

Девушка рассмеялась и скрылась в недрах стоящей неподалёку машины с раскрытым боком — похоже, не без помощи курсантов учебной технике требовались постоянные профилактика и ремонт.

* * *

Оператор долго не мог понять, чего от него хочет Андрей, а, разобравшись, пояснил, что на челноках летают не техники, а курсанты. Андрей чётко и доходчиво объяснил, что тестовый полёт нужен ему для диагностики причины неисправности, и без полёта ремонт невозможен. Курсант этого сделать не может, так как, не владея навыками техника, не сможет протестировать нужные узлы челнока. И последним аргументом Андрея стало требование письменного оформления отказа — Андрей сказал, что раз ему запрещают тестирование аппарата в полёте, значит, ремонт не может быть выполнен, причём по вине оператора. Пусть он даёт официальный документ, и тогда Андрей виновником неудачного ремонта назовёт уже его, а не себя. Выдвинутый ультиматум — или разрешение на полёт, или официальный, оформленный документально, отказ, ввели оператора в ступор. Он долго размышлял, потом столь же долго с кем-то консультировался, после чего облегчённо вздохнул и с изрядной долей ехидства сказал: