Книга Ступень 5. Бегство в Эдем, страница 90 – Юрий Киселев

На этот вопрос Ирума, которую я, опомнившись, быстро догнал, как-то слишком буднично ответила:

— Вот у жреца и узнаем.

— А у других жителей ты не спрашивала? — переспросил я. Вполне резонный вопрос — ведь именно от встреченных нами жителей этого посёлка Ирума и узнала о предстоящем действе.

— Зачем забивать голову слухами? — удивилась девушка. — Местный жрец — главное действующее лицо, именно он будет приносить дары богине. Кому, как не ему, знать все тонкости предстоящего ритуала?

— Ири, а вот ответь мне на один нескромный вопрос, — тихо прошептал я Ируме на ушко, — а за каким лядом ты вообще потянула меня в эту деревню? Что, никогда жертвоприношений не видела?

— Вообще-то нет, — смущённо пробормотала девушка, — при мне в нашем посёлке их никто не проводил.

— А жёны бывшего жреца?

— Точнее слухов ничего не известно… Все в посёлке говорили, что жрец жертвовал своих жён богине, но в действительности никто этого не видел.

— То есть на самом деле жертв могло и не быть? — переспросил я.

— А как иначе объяснить их скоропостижную кончину? — взвилась Ирума.

— Нет, я тебе верю, просто предполагал, что вид предстоящего мероприятия для тебя привычен, — я попытался успокоить возмущённую моим недоверием девушку, однако для себя в голове сделал ещё одну пометку — с жертвоприношениями в этом мире дела обстоят не совсем так, как я думал. И не стоит безоглядно доверять словам аборигенов — они могут быть пристрастны.

— Я в первый раз увижу жертвоприношение своими глазами… — продолжила Ирума. — А сюда, в посёлок, я потащила тебя потому, что услышала зов. О том, что здесь планируется проведение обряда, я даже не предполагала. Зато я узнала, что предстоящая жертва родом из этого посёлка.

— Так жертвой будет человек? — ошарашено переспросил я. Нет, я, конечно же, допускал подобную возможность, но всё же надеялся, что предстоящий ритуал ограничится принесением в жертву животных.

— Ну а кто же ещё? — удивилась Ирума. — Или ты думаешь, что Мара удовлетворится обычными животными?

— Это сама Мара тебе сказала?

— Разумеется, нет. Волю богини оглашают её жрецы.

— Мне почему-то кажется, что жертвы нужны не богам, а самим жрецам.

— Ну ты и сказал… Жрецам-то зачем? Какой для них в жертвоприношении смысл?

— А какой смысл в жертвоприношениях богам? Ты можешь мне ответить? Зачем бессмертной и всемогущей сущности жертва в виде ритуального убийства маленького и слабого человека?

— Откуда я знаю? Спроси что полегче… Кстати, вот сам у жреца и спросишь — мы уже пришли.

И с этими словами моя спутница толкнула дверь дома, на крыльцо которого мы поднялись, и вошла в прохладный полумрак заставленной резной деревянной мебелью прихожей.

Вероятно, услышав хлопок входной двери, нам навстречу вышла молодая женщина в просторном кожаном охотничьем комбинезоне, из-под которого виднелся край светлой рубахи из тонкого полотна. Бросив внимательный взгляд на вошедших, она нежным бархатистым голосом спросила:

— Вы к Арну?

— Да, мы к жрецу, — ответила Ирума.

— А кто такой Арн? — одновременно с Ирумой спросил я.

Понимая, что наш одновременный ответ выглядит несколько комично, я повернул голову к своей спутнице и наткнулся на её недовольный взгляд, на который лишь пожал плечами. Ну да, я же не поинтересовался именем местного представителя жреческого сословия. Видимо, поняв, что нам нужно, женщина с улыбкой ответила: