Книга Ступень 5. Бегство в Эдем, страница 70 – Юрий Киселев

— Вот ты и сам подтвердил мои слова, Кейт. Вопрос о твоей связи с богиней я больше не поднимаю — считаю это доказанным фактом. Ты, кстати, не забыл, что обещал мне спасти брата?

— Не забыл. Говори, что делать.

На лице девушки впервые появилась растерянность. Распахнув глаза на половину лица, она удивлённо спросила:

— А ты разве не знаешь?

— Откуда, Ири? О том, что я якобы являюсь жрецом, я впервые услышал от тебя.

— Я думала, что богиня сама должна объяснить тебе, что делать… Жрецов, окончивших академию, никто ведь специально не учит — они сразу становятся жрецами. Разговаривают с богиней, проводят ритуалы, приносят жертвы… Или ты полагаешь, что наш бывший жрец всё выдумал? Но он обучался в Тсане и просто не мог быть самозванцем…

Я надолго задумался, не зная, что ответить. Взять на себя функции жреца просто так я опасался — ведь, по большому счёту, сам я ничем не лучше убитого мною мужчины, да, к тому же, лишён того, что местные жители называют магией и, следовательно, даже мелкие фокусы перед алтарём мне недоступны. И как я буду играть роль жреца? Придумать молитву? Принести жертву? Да я вообще не знаю, что делать! В империи, где я жил, различные религиозные культы настолько выродились, что ни самих культистов, ни их храмов уже не найдёшь… И, когда молчание слишком сильно затянулось, я всё это высказал в лицо Ируме.

Смотреть на девушку было жалко. Такое ощущение, что у неё из тела вытащили стержень — ещё мгновение назад она боролась, на что-то надеялась, и вот сейчас я собственными руками разрушил её последние надежды. Плечи девушки опустились, голова поникла, а глаза… Лучше бы она заплакала — тогда бы я не видел поселившуюся в них скорбь и безнадёжность. И я, подчиняясь пришедшему непонятно откуда озарению, спросил:

— А если твоего брата принести к алтарю вашей богини? В вашем посёлке есть алтарь?

— Алтарь в храме на площади…

— Значит, пойдём к храму, — уверенно сказал я, — показывай, где твой брат.

Услышав мои слова, Ирума тут же развернулась и, ухватив меня за руку, потащила вглубь дома. Пройдя по короткому коридору и распахнув одну из дверей, девушка завела меня в спальню и, остановившись перед кроватью с лежащим на ней мужчиной, почти до головы укрытым одеялом, указала не него рукой и сказала:

— Вот мой брат. Бери и пошли.

— А имя у твоего брата есть? — переспросил я, подхватывая мужчину на руки и направляясь на выход. Мужчина, несмотря на видимую худобу и общий болезненный вид, оказался достаточно тяжёлым, и это явно был не жир — в руках я держал сильное мускулистое тело прирождённого бойца, пусть и измождённое неизвестной болезнью.

— Имя неважно, — с лёгким оттенком неуверенности ответила Ирума.

— Почему? — задал логичный вопрос я, выходя с телом из дома и быстрым шагом продвигаясь к центру посёлка, где я только что убил жреца.

— Давай, ты сначала попытаешься вылечить брата без имени? — в голосе девушки промелькнули просительные нотки.

— Ты не сказала мне имени своей сестры, — на ходу сказал я, — и не говоришь имени брата. Почему? Я хочу знать их имена.

— Сестру зовут Лания, а брата… Брата зовут Оэл.

— А почему не сказала сразу?

— Жрец Мары, узнав имя своей жертвы, может пленить её душу. Я боялась за жизни своих родных.

— Бред! Как души могут быть привязаны к именам? Это суеверие! Да и своё имя ты мне сообщила.