Книга Ступень 4. Наследники демиурга, страница 91 – Юрий Киселев

Юноша, аккуратно обходя окровавленные тела бандитов, направился к неподвижно лежащей туше зверя — благодаря матери он неплохо знал медицину и умел лечить многие болезни, правда, не у зверей, а у людей. Но, быть может, разработанные для людей стандартные медицинские конструкты окажутся действенными и для животных? Однако не успел Керт подойти к рурху, как с его телом начали происходить непонятные изменения — шкура зверя пошла волнами, края многочисленных ран разошлись и из них во все стороны брызнули струйки крови, заставив юношу отшатнуться. Но на этом метаморфозы с телом рурха не закончились — оно начало сжиматься, трансформируясь во вполне узнаваемое человеческое. Несколько мгновений трансформации — и на смятой траве лицом вниз неподвижно лежало покрытое глубокими рваными ранами окровавленное обнажённое тело молодой девушки. Правая рука, разрубленная до кости, оказалась вывернутой под неестественным углом — по-видимому, кроме раны имелся ещё и закрытый перелом. Не став разбираться, как зверь смог превратиться в человека, Керт подскочил к девушке и, присев, положил ей руку на затылок, запустив диагностическое плетение.

Считав полученные результаты, юноша поморщился — жизнь стремительно утекала из тела девушки вместе с остатками крови, а глубокие раны на теле и многочисленные повреждения внутренних органов не оставляли ей шансов на самостоятельное излечение. Спасти девушку мог только медик-маг уровнем никак не ниже магистра медицины, сам Керт никогда подобные раны не лечил и опыта для лечения столь серьёзных повреждений не имел. Посчитав свой долг исполненным, юноша начал подниматься, но чуть не оказался сбитым с ног бросившейся к телу рабыней, опустившейся на колени и, едва не задевая окровавленное тело цепями, со слезами обхватившей голову пострадавшей и, захлёбываясь рыданиями, тщетно пытавшейся привести её в чувство. Среди рыданий и всхлипываний рабыни слух юноши прорезали слова "Лина, очнись, прошу, очнись…". Страшная догадка пронзила мозг Керта, и он, оттолкнув вымазанные в крови ладони рабыни, развернул голову умирающей девушки лицом к себе. Без сомнения — это она, Линнея, одна из двух его подопечных… Даже без исчезнувшей иномировой экипировки и жуткой, рассёкшей по диагонали всё лицо девушки раны, сомнений быть не могло. Девушка, которую он пообещал отцу беречь и хранить, но потратил на поиски непозволительно много времени, посчитав, что спешить ему некуда, ничего страшного с ней не случится, теперь из-за его медлительности умирала у него на руках. Ругнувшись, Керт без раздумий подключился к ауре Линнеи и стал щедро вливать в девушку энергию, одновременно грубо, но быстро сводя вместе края самых глубоких ран и ставя на них временные заплаты, стремясь лишь к тому, чтобы остановить кровь — думать о красоте было уже некогда. Неважно, что после подобного лечения останутся страшные рубцы — со временем можно не только полностью их убрать, но и получить от богов новое тело. Лишь бы в нём осталась жизнь…

Закрыв раны временными заплатками и остановив кровотечение, Керт стал регенерировать кровь — остатков собственной крови девушке едва хватало, чтобы поддерживать жизнедеятельность организма. Насытив тело кровью, юноша пробежался по внутренним органам и, грубо залатав и их, восстановил протекающие в них процессы. Покончив с экстренными действиями по реанимации, Керт повторно запустил диагностирующий конструкт и, убедившись, что сиюминутная угроза для жизни пациентки миновала, начал интенсивно закачивать в её ауру энергию из своего посоха-артефакта. Не имея опыта лечения серьёзных ран, юноша пытался запустить естественные процессы регенерации, с неудовольствием отмечая про себя, что за подобное лечение мама выгнала бы его из любой лечебницы с непременным условием никогда не переступать порога ни одного лечебного заведения. Однако уже через несколько мгновений Керт обратил внимание, что ситуация оказалась даже хуже, чем он предполагал — энергия, полноводным потоком вливающаяся в тело пациентки, как будто исчезала в никуда, не приводя, как обычно это бывает, к началу восстановления тканей организма. Попытка ещё больше увеличить вливаемый в тело энергетический поток ни к чему не привела — запасённая в посохе энергия, которой щедро делился юноша, просто исчезала без следа. Такого не могло быть в принципе — посох уже опустел почти на две трети, а закачанной в девушку энергии хватило бы на пару десятков энергетических резервов архимага. Понимая, что столкнулся с непонятным явлением и, бездумно растрачивая силу посоха, рискует вообще остаться без магических запасов, юноша прекратил бесполезное вливание энергии в ауру пациентки, а её остатки пустил в тут же сгенерированные лечебные конструкты, направленные в конкретные точки тела девушки, постепенно убирая поставленные на раны временные заплатки и запуская в них процессы принудительной регенерации. Этот вариант лечения требовал уже его постоянного контроля, да и скорость лечения обычно была значительно меньше самостоятельной регенерации, зато юноша с удовлетворением заметил, что сведённые края ран стали зарубцовываться. Замерев над неподвижным телом пациентки, Керт раз за разом запускал в её тело лечебные конструкты, проведя за лечением несколько часов и вымотавшись до полного опустошения собственных сил. И только дождавшись, пока находящаяся без сознания девушка вздохнёт и, очнувшись, откроет глаза, прекратил лечение, устало откинувшись на траву.