Книга Месть пахнет кровью, страница 28 – Наталия Доманчук

Я замолкаю и смотрю на подругу.

— А это не мог Федя купить и типа преподнести тебе как подарок? — выдвигает версию она.

Я горько улыбаюсь:

— Я, дурочка, тоже так сначала подумала. Правда, вторая мысль меня сразу остановила: он же никогда не интересовался тем, что я пишу, вообще не подходил к моим работам, да и вряд ли бы стал портить картину, знал, что я очень серьезно отношусь к этому. Серьгу вообще-то впихнули в ухо грубо, сделали с холсте большую дырку. А к вечеру я уже обнаружила вторую жемчужину под кроватью. Так сказать, под нашим семейным ложем.

Клара кивает:

— Понятно, тебе любовница подложила свинью. Передала, так сказать, приветик. То есть, в тот день ты впервые узнала об измене?

— Да. А потом всё вообще пошло по нарастающей, или это у меня глаза открылись, и я стала замечать этих свиней, как ты сказала, повсюду. Однажды я даже трусики в бардачке нашла! А года два назад мне вообще названивали и просили "отдать мужа, так как он меня не любит". В общем, я стала ходить к психологам и искать причины в себе.

— А мне ни разу не пожаловалась, — с упреком нахмурилась Клара.

— Стыдно было. К тому же я все думала, что мне удастся сохранить семью… — я прячу глаза, но потом все же поднимаю взгляд и спрашиваю: — А ты как узнала, что он мне изменяет?

Клара отмахивается:

— Когда ты исчезла, я весь город на уши поставила! У меня к вечеру уже было полное досье на твоего Полонского! Мой генерал-майор наконец-то и на меня поработал на славу, а не только на свой следственный комитет. Если бы ты не нашлась, Федя бы сдох где-то в тюряге, уверяю тебя! Я бы сама пробралась и лично бы его прикончила!

Глаза её сверкают решимостью даже теперь.

— Спасибо, — еле слышно произношу я.

— Ты знала про его капитал? — вдруг резко переводит тему подруга.

— Узнала, когда мы купили квартиру, и он там поставил сейф. Я спросила, какой там пин-код, но Федя отмахнулся, мол, сейф просто для антуража. С третьей попытки я его угадала — и нашла договор, по которому в случае развода я получу дырку от бублика. Подпись, кстати была моя, но это… я сразу вспомнила, как он мне подсунул пустые листы, так что в суде я мало бы что доказала…

Клара ахает:

— Вот же г@ндон!

Я улыбаюсь, слыша реакцию подруги. Да, она такая. Всегда говорит то, что думает!

— Но даже после этого я не ушла от него.

— Любовь зла, — хмурится подруга.

Но я качаю головой.

— Потому что поняла, что буду полной дурой, если не возьму своего.

Подруга сжимает мою ладонь, и я продолжаю рассказ.

Нет, я не долго готовилась. План созревал постепенно, но полностью сформировался, когда мы купили дом и стали приезжать туда на выходные. Сидя за рулем, я подмечала то, что могло бы мне помочь: где есть камеры и где их нет, вот густая лесопосадка, а вот безлюдная речка. Один раз я включила тостер, и в доме выбило пробки — и тогда я поняла, как можно обесточить все камеры.

На самом деле нет ничего сложного, когда есть цель и голова на плечах.

Это было субботнее утро, когда я приехала в дом, а Федя позвонил и сказал, что будет поздно ночью.

Произошел щелчок, и я сразу поняла, что этот день — последний в нашей семейной жизни.

Я раньше думала, что не смогу жить без Феди. Он был моим всем! Но когда любви много — она заполняет, заполняет сосуд, а потом она из него начинает выливаться. И ее не собрать, ее не вернуть. Много любви тоже плохо, ее совсем не остается на себя и других, и когда вся любовь в одном кувшине — другие стоят пустыми.