Книга Хрупкость, страница 91 – Кортни Ли Винн

— Почему ты любишь ее больше, чем меня?

Мать останавливается перед ветхой полкой, но по-прежнему не смотрит на меня. Я обрушиваю на нее поток слов.

— Почему? – Я не двигаюсь с места и готовлюсь выслушать отповедь о моих вспышках гнева, отсутствии политического такта и о том, как я позорю свое наследие Зо белоснежными волосами и светлой кожей, но мать молчит. Атмосфера вокруг меня неуловимо меняется, тьма разрастается, я остро ощущаю энергию Лихи, матери и светящегося фонаря над нашими головами. Все это кажется таким ярким и близким…

— Низзара, возвращайся наверх и успокойся!

Мать стискивает зубы и пытается пройти мимо меня, но я преграждаю ей путь.

— Ответь мне.

Она скрипит зубами.

— Мы здесь для того, чтобы выбрать книги, а не говорить о чувствах.

Она даже не пытается этого отрицать. Я пытаюсь удержаться на краю черной бездны, которая грозится поглотить меня целиком.

— Потому что я похожа на отца? Я знаю, что ты его ненавидишь, но я…

— Мы не будем это обсуждать.

Мать снова делает попытку уйти, но я должна знать правду; кольца гнева внутри сжимаются все сильнее, глаза застилает тьма, и вместо того, чтобы преградить ей путь, я отталкиваю ее назад.

— Почему? Почему ты обращаешься со мной так, как будто я для тебя пустое место? – Из моих глаз текут слезы.

— Дыши, Низзара, – умоляет Лиха, но ее голос кажется таким далеким.

Мать отстраняется от меня, ее сжатые кулаки дрожат, а на лице появляется гремучая смесь гнева и страха.

— Потому что ты не моя дочь! – выкрикивает она.

Темный лабиринт, окружающий нас, проглатывает ее слова, прежде чем я успеваю их осмыслить. Но когда до меня доходит смысл этих слов, они насквозь пронзают тонкую пелену надежды, о существовании которой я даже не подозревала.

— Что ты сказала?

Мать отталкивает меня.

— Прежде чем меня заставили выйти замуж за твоего отца, – продолжает она, и на ее глазах появляются слезы, – я была влюблена в слугу и забеременела от него.

— Тарелла, – шепчу я.

Она отступает в сторону и сжимает губы в тонкую линию.

— Я была второй избранной наследницей королевства Зо, пока мой отец не узнал, что я ношу под сердцем ребенка от слуги. Он убил Джока, когда я была лишь на десятой неделе беременности, и устроил брак с твоим отцом, который в то время был командующим пехотинцами королевства Зарр. Я не хотела иметь ничего общего с твоим отцом, поэтому первые годы нашего брака провела в Зо, пока он возглавлял армию Зарра. Он тоже меня не любил, поэтому это было наилучшее решение. После рождения Тареллы я пыталась прийти в себя. Я заперлась в своих покоях в компании всего одной служанки. Прошло девять месяцев, и тогда твой отец принес мне тебя. Он заявил, что, если я хочу, чтобы Тарелла осталась в живых, мне придется объявить тебя своей дочерью.

Ее лицо превращается в застывшую маску.

— После этого он убил единственного свидетеля, который знал, что ты не моя дочь. – Стальной взгляд матери пронзает меня насквозь. – Я не могу справиться с гневом, потому что меня заставили тебя воспитывать. Ты опустошила меня и всех, кто о тебе заботился.

Я с трудом сглатываю комок в горле.

— Тогда кто моя настоящая мать…

Она тычет в меня пальцем.

— Если тебе небезразлична моя жизнь, мы должны прекратить этот разговор.

Неужели моя настоящая мать бросила меня? Неужели я никому не нужна? Неужели я действительно настолько ужасна?