Книга Шоколад, ложь и алиби, страница 63 – Моргана Бест

Плана побега у меня по-прежнему не было, поэтому я решила продолжать тянуть время, понемногу к ней приближаясь. Глядишь, до какой-нибудь схватки и дойдёт.

— Так почему ты убила Гамильтона Хауза? – я продвинулась вперёд – почти незаметно.

Люсинда сжимала и разжимала кулаки.

— Я не хотела убивать Гамильтона. У нас с ним, вообще-то, был романтический эпизод. – Она резко рассмеялась. – Он понял, что это я убила Гая и Риджвелла: застукал меня, когда я возвращала лук и стрелы в тайник. Я придвинулась ещё ближе.

— Где ты их спрятала – лук и стрелы?

— Проще простого, – ухмыльнулась она. – В потолке ванной комнаты в мотеле, где я остановилась, есть люк. Я просто убрала их туда. Гамильтон вошёл в ванную и застал меня с ними – тут он и понял, что Риджвелла и Гая убила я.

— Но как ты его одолела и дотащила до железнодорожного переезда? – Несмотря на шаткое положение, мне и правда было любопытно.

— Он уже был изрядно пьян. Этот мужчина никогда не умел пить. Я просто вколола ему инсулин.

— Откуда у тебя под рукой взялся инсулин? Я уже ясно видела эту картину: Гамильтон, пьяный, шатается в ванную и застаёт Люсинду, которая вот-вот спрячет лук и стрелы в потолке.

Она снова ухмыльнулась.

— В моём наборчике. Когда он застал меня с луком и стрелами, до шприца с инсулином, который я спрятала в том же потолке, было буквально несколько сантиметров. Уколоть его в таком состоянии было проще простого. Сложнее всего оказалось дотащить его до машины, но, к счастью, он не такой уж тяжёлый, а я в хорошей форме. Когда я уложила его на рельсы, он уже был без сознания. Он так ничего и не понял. Даже жаль, пожалуй, – учитывая, какие дорогие украшения он мне дарил.

Она дотронулась до шеи, где на ней висело массивное ожерелье из скрученных жгутов с аляповатой подвеской. Камень, на мой взгляд, был явной подделкой – наверняка он купил его в каком-нибудь дешёвом магазинчике, но до Люсинды это, похоже, не доходило. Я подозревала, что в сумке у неё ещё один шприц с инсулином. Перспектива не из приятных, но всё-таки лучше пистолета. Если она попытается вколоть мне инсулин, у меня хотя бы будет шанс отбиться. Вот только она была явно в прекрасной форме, а я всё ещё приходила в себя.

— Почему ты так долго тянула с Гаем, Риджвеллом и Мэнди? – спросила я.

— Проще простого. Впервые за много лет они все оказались в одном месте, и подозреваемых было бы полно. А теперь ты мне скажи – как ты догадалась, что это я? Я сделала ещё крошечный шаг.

— Ты обмолвилась, что видела Гамильтона и Мунро вместе. Мунро сфотографировал Гамильтона в чёрном костюме. А ты ещё отпустила гадость – что моё платье такого же коричневого цвета, как одежда, в которой он умер.

— Не понимаю, – сказала она, нахмурившись. Я вздохнула.

— В последний раз на публике Гамильтон был в чёрном костюме. А ты уверяла, что на нём было коричневое, когда он погиб. Откуда тебе это знать? Да, по новостям это мельком показали, но у тебя ведь совсем недавно была операция на веках. Именно эта деталь меня и навела на разгадку. У Риджвелла было две стрелы, а твоя стрела в меня не попала. Если стрелок так плохо стреляет, зачем вообще выбирать лук? Ответ – в твоей недавней операции на веках.

Лицо Люсинды перекосило от ярости. Она сунула руку в сумку.