Книга Испытание гордости. Северная леди, страница 49 – Ярослава Баженова

Но волновало это немногих.

Никогда не задумывались, как на это смотрели южане. Вздохнув, устало потёрла виски.Без понятия, во сколько у них ужин, но, по идеи, должен быть не позднее шести. Значит, до него ещё порядком трёх часов, если не больше. Кинула задумчивый взгляд в сторону служанок, которые начали спешно покидать гостиную комнату, стоило лишь мне появиться на пороге. Глаза зацепились за вазу с сухофруктами, стоящую на низком столике.

— Что это? — поинтересовалась, для достоверности ещё рукой махнув.

— От Повелителя, — предельно медленно и по слогам произнесла леди Розалио, похоже, утратив любую надежду быть понятой.

Зря она так, практически на всех языках мира слово «повелитель» звучало одинаково. Кивнув головой, указала ей на дверь, мягко намекая, что хочу побыть в одиночестве. Гофмейстерина низко поклонилась, спешно исполнив просьбу. Похоже, даже для неё час в моём обществе был слишком, гм, мучителен.

Свободное время решила провести за книгами, как и планировала с утра. Ничего полезного для себя не обнаружила, но даже самая незначительная информация намного лучше, чем незнание. Незаметно переместилась на лоджию, тянувшуюся в длине от спальни. Облюбовав себе гору подушек, устроилась между ними, поставив рядом фазу с сухофруктами. Всё же я сегодня практически ничего не съела, а так хоть лёгкий перекус будет.

Читала долго и вдумчиво, под конец глаза стали слезиться, а слова путаться, даже словарь не спасал положение. Устало откинувшись на резные бортики, зажмурилась. Голова казалась тяжёлой, но это было всяко лучше, теперь хоть можно изученные язык практиковать, да и навыки улучшить. Не зря я приказала служанкам найти бумагу и перо с чернильницей, теперь у меня была прекрасная возможность записывать сложные слова, чтобы на ночь повторять, пока не запомню.

Открыла глаза, чтобы взглянуть на небо. Зря я, наверное, не воспринимала всерьёз уроки, помогающие определять примерное время по солнцу. Поднялась на ноги, взяв в одну руку стопку книг и записей, в другую вазу, напоследок окинув взглядом расстилающийся вдаль сад. По истине огромен. Я развернулась, спешно возвращаясь в гостиную, чтобы положить вещи на стол и ступить вновь на лоджию, дабы забрать оттуда перо и чернила.

Впрочем, многого я сделать всё равно не успела. С вежливым стуком вернулись служанки, начались почти привычные переодевания. И вновь платье с открытыми плечами, и вновь я подбираю к нему лёгкую шаль, и вновь неодобрительные взгляды. Мне кажется, что у нас вскоре это будет как традиция. Они пытаются как можно больше оголить меня, я закрываюсь. Радует лишь то, что прозрачных подолов у платьев больше не было. Не знаю уж, что послужило этому причиной, но я благодарна этому фактору.

Опять же меня вели не в столовую, а на лоджию. Узнала я об этом, когда заметила знакомые крупные вазы, которые неожиданно начали появляться между окон. В тот раз я лишь неосознанно мазнула по ним взглядом, теперь же рассматривала с куда большим интересом. Если так подумать, то всё внутреннее убранство дворца состояло из дорогих мелочей, которые не резали глаза своей броскостью, но стоило лишь приглядеться, как даже самый недогадливый человек мог понять, что перед ним действительно нечто безумно дорогое.