Книга Против канона. Счастливый финал для моего злодея, страница 121 – Мирослава Меленская

Я ненавидел ее.

Я ненавидел то, что она знала мои привычки лучше меня самого. Ненавидел, что ее кофе всегда был идеальным. Ненавидел, что, когда я срывался на топ-менеджеров, стирая их самооценку в пыль, она лишь молча протягивала мне стакан ледяной воды и таблетку от мигрени, глядя на меня своими непроницаемыми, спокойными глазами.

Но больше всего я ненавидел то, что не мог перестать на нее смотреть.

Моя жизнь всегда была полем боя. Я выгрызал свою власть с самых низов, уничтожая конкурентов без капли жалости. Я привык к страху в глазах людей. Страх означал контроль.

А Ю Ра не боялась. Она смотрела на меня, как дрессировщица на дикого, опасного зверя — с настороженностью, уважением, но без капли трепета. И это сводило меня с ума. Я хотел сломать ее спокойствие. Хотел увидеть, как ее глаза потемнеют от других, более глубоких эмоций.

Раздался тихий стук в дверь.

Ю Ра вошла, неся в руках поднос с фарфоровой чашкой и стопкой бумаг.

— Последние правки по контракту с японцами, директор. И ваш зеленый чай. Вы, итак, выпили слишком много кофе за сегодня.

Я медленно поднял на нее взгляд.

— Я не давал вам распоряжения следить за моим здоровьем, секретарь Кан.

Она поставила поднос на стол, пододвинув бумаги ближе ко мне.

— Вы наняли меня, чтобы я обеспечивала бесперебойную работу генерального директора. Сердечный приступ генерального директора негативно скажется на акциях «Обсидиан Групп». Это просто деловые отношение, бизнес, не более.

Ее ровный, деловой тон стал последней каплей.

Я резко поднялся. Мое кресло с грохотом отъехало назад. Ю Ра инстинктивно сделала шаг назад, но уперлась спиной в край моего рабочего стола.

Я подошел к ней вплотную. Так близко, что уловил тонкий аромат ее духов — что-то свежее, с нотками дождя и цитруса. Я оперся обеими руками о край стола по обе стороны от нее, загоняя ее в ловушку.

— Просто бизнес? — мой голос упал до опасного, вибрирующего шепота. Я навис над ней, заглядывая в ее слегка расширившиеся глаза. — Вы здесь уже шестнадцать часов, Ю Ра. Вы выполнили норму еще в восемь вечера. Почему вы до сих пор здесь?

Ее грудь учащенно вздымалась. Впервые я увидел брешь в ее идеальной броне. Ее пальцы судорожно вцепились в полированное дерево стола за ее спиной.

— Вы... вы еще не ушли, директор. Секретарь уходит последним.

— Ложь, — я медленно, почти гипнотически поднял руку и убрал выбившуюся прядь волос с ее щеки. Мои пальцы слегка скользнули по ее горячей коже, и она вздрогнула. — Вы здесь, потому что вам нравится эта игра. Нравится стоять на краю пропасти и дразнить опасного хищника.

За окном громыхнул гром, вспышка молнии осветила мой темный кабинет, отразившись в моих глазах.

— Вы переходите личные границы, директор Ли, — ее голос дрогнул, но она упрямо вздернула подбородок, отказываясь отводить взгляд.

— В этом здании нет границ, кроме тех, что устанавливаю я, — прорычал я, подаваясь еще ближе. Мои губы оказались в миллиметре от ее губ. Я чувствовал ее сбивчивое, горячее дыхание.

Мой взгляд скользнул к ее губам. Желание, которое я подавлял целый месяц, обрушилось на меня как цунами. Я хотел смять эти губы, стереть этот холодный профессионализм, хотел, чтобы она произносила мое имя не с ледяным уважением, а с задыхающейся страстью.